Книга Горько. Одобрено нейронкой, страница 27 – Лина Коваль

Да блин.…

— Танцев? А каких?

— Я народник. Раньше занимался.

Хмурюсь, потому что терпеть не могу ни то ни другое. Уважаю качалку.

— А какое время года любимое?

— Лето, конечно. Зимой-то особо подо льдом не наработаешься.

Обожаю зиму! За Новый год, за ощущение счастья, за тепло в доме.

— Везде мимо, - шепчет подруга. - Просто поразительно.

— И что вы, Микулушка? Хоть завтра женитесь на Ясминочке?

— Завтра не могу.

Я хмурюсь, а в глазах Алсу сияет победный всплеск ровно до того момента, пока раскудрявый Бронепоезд не дополняет ответ:

— Завтра у меня дежурство. Послезавтра - пожалуйста.

— Так вы подождите, мы ее просто так не отдадим. Никах надо сделать!

— Это что ещё такое? Без этого «никах»? - вздыхает.

— Конечно никак, - подхватывает жена старшего брата, нарезая свой бэлиш - пирог с начинкой из мяса и картофеля. Обычно что-нибудь из этого у Альмирки обязательно получается сырым. - Свадебную церемонию организуем. Назовем тебя… Мустафа. Означает «избранный».

— Или Муртаза, - лыбится Алсу, останавливаясь рядом. - «Любимчик».

По лицу Микулы пробегает легкая тень - что-то вроде непонимания, перед тем как он по-простому отвечает:

— Окей. Надо так надо. Я не против.

Кусок пирога силами Альмирки неудачно падает на тарелку, отскакивает и оставляет внушительный отпечаток на красном сарафане.

— Ой, - Алсу давит глупую полуулыбку.

— Я же просила, блин! - раздраженно выкрикиваю поднимаясь. - Быстро снимай, я застираю. Прости, пожалуйста, - обращаюсь к Микуле. - Я все исправлю, - чуть не плачу.

— Не гуди, Микроволновка, - останавливает он меня и невозмутимо принимается есть пирог. Даже не морщится.

Я опускаюсь на стул, а Дианка склоняется над моим ухом и пораженно шепчет:

— Знаешь Тихий океан?

— Угу.

— Он успокоил…

Очередное суточное дежурство заканчивается без происшествий, что для теплого времени года в городе на Волге просто подарок: ни один пьяный полупокер не полез в воду, чтобы Микуле настроение перед бракосочетанием не испортить.

Просто поразительная осознанность!...

— Ты куда это собрался? - спрашивает Кам, хитро прищурившись. - У нас ещё к профконкурсу подготовка. Скоро начальство приедет, лекция будет.

— Забыл совсем, - сразу грустнею, хотя мысли вообще не здесь.

Сдав смену, иду в раздевалку, избавляюсь от одежды и встаю под горячий душ, чтобы смыть с себя усталость с недосыпом.

Активно растираю лицо и намыливаю голову.

Денек сегодня - закачаешься: сама Шамаханская Царица ко мне со всеми мини-сокровищами переезжает.

Отец Яси, конечно, от перспективы породниться с потомком Рюриковичей сильно счастлив не был, но вроде и не расстроился, а мама там просто одуванчик полевой: робкая, молчаливая, застенчивая. Если дочь пошла в нее, то я типа как в лотерею выиграл.

Повезло так повезло.

К сегодняшнему татарскому нашествию особо не готовился. Не по-мужски это: тряпкой махать да со шваброй бегать. Избавился от Пизанской башни в виде коробок из-под пиццы и от своей уникальной коллекции жестяных банок, которую совершенно ненамеренно два года собирал на полке. И целых три стирки провернул за вечер. Праздничных - с кондиционером.

В итоге дом к приему новой жительницы готов.

Хотя сомнения - пропади они пропадом - нет-нет, да и появляются…. Куда ж без них?