Книга Чашечка кофе, или Я твой десерт, страница 71 – Екатерина Мордвинцева

— Медитация, — повторил он. — Интересно.

— А вы? — спросила я. — Что вы делаете, когда не работаете?

Он помолчал.

— Я не знаю, — сказал он. — Я почти всегда работаю.

— Это не ответ, — сказала я.

Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула та самая усмешка, которую я видела в субботу.

— Вы всегда задаёте неудобные вопросы?

— Только когда хочу узнать правду, — ответила я.

Он замолчал, и я подумала, что он не ответит. Но он взял свой бокал, сделал глоток и сказал:

— Когда я не работаю, я… думаю. О работе.

— Это всё?

— Это всё, — сказал он. — Последние десять лет.

— А до этого?

Он посмотрел на меня, и в его глазах появилось что-то, чего я раньше не видела. Боль? Горечь?

— До этого была другая жизнь, — сказал он. — О которой я не люблю вспоминать.

Я хотела спросить ещё, но он отставил бокал и сказал:

— Расскажите о ваших книгах. Как вы их находите?

Я начала рассказывать. О барахолках, где можно найти настоящие сокровища. О старых переплётах, которые пахнут временем. О том, как восстанавливаю страницы, как подбираю краски, чтобы они совпадали с оригиналом.

Он слушал, не перебивая, и я видела, как меняется его лицо. Жёсткие линии смягчались, взгляд становился глубже. Он был здесь, со мной, в этом баре, и слушал о том, что было важно для меня.

— Это… необычное хобби, — сказал он, когда я закончила.

— Мне нравится, — сказала я. — Это как… возвращать жизнь тому, что казалось потерянным.

Он посмотрел на меня, и в его глазах было что-то, что заставило моё сердце биться чаще.

— Вы верите, что всё можно вернуть? — спросил он.

— Не всё, — ответила я. — Но иногда — да.

* * *

Бар опустел. Остались только мы и бармен, который дремал за стойкой. Свечи догорели, и нас освещал только слабый свет от уличных фонарей, пробивавшийся через окна.

Туманов заказал ещё виски. Я — ещё вина. Мы сидели в темноте, и тишина между нами была не напряжённой, а какой-то другой. Доверительной.

— Вероника, — сказал он, и его голос был ниже, чем обычно. — Вы знаете, почему я выбрал вас?

— Потому что я лучший специалист? — спросила я.

— Это, — кивнул он. — Но не только.

Он сделал глоток, и я ждала.

— Десять лет назад у меня был партнёр, — сказал он. — Лучший друг. Мы начинали бизнес вместе. Вдвоём. С нуля.

Он замолчал, и я видела, как напряглись его пальцы на бокале.

— Он был талантливым, — продолжил Туманов. — Умным. Амбициозным. Я доверял ему всё. Финансы, переговоры, стратегию. Он был моим правым глазом.

— Что случилось? — спросила я, хотя уже догадывалась.

— Он продал меня, — сказал Туманов, и его голос был ровным, без эмоций. — За год до того, как компания вышла на IPO, он слил информацию конкурентам. Снял со счетов всё, что мог. Подделал документы, перевёл активы на подставные фирмы.

Я смотрела на него, и внутри меня всё сжималось.

— Я узнал об этом случайно, — продолжил он. — Ночью, когда проверял отчёты. Увидел цифры, которые не сходились. Потом — ещё. Чем глубже я копал, тем больше находил.

— Вы поймали его?

— Да, — кивнул Туманов. — Но поздно. Компания потеряла половину активов. Сотрудники уходили. Кредиторы требовали вернуть деньги. Я был на грани банкротства.

Он сделал глоток, и я видела, как двигается его кадык.

— Я вытащил компанию, — сказал он. — Один. Без него. Но с тех пор я не доверяю никому. И никогда не доверю.