Книга Лилии для Эмилии, страница 77 – Екатерина Мордвинцева

Я встала на цыпочки и поцеловала его. Нежно, бережно, как в тот день под дождём. И в этом поцелуе было всё: прощение, которого я ещё не дала, но уже хотела дать; надежда, которую я не теряла, даже когда казалось, что всё кончено; любовь, которая была сильнее обид, страхов, ошибок.

Мы стояли под цветущей яблоней, обнявшись, и я чувствовала, как внутри меня что-то успокаивается. Не потому, что я нашла ответы. А потому, что я наконец перестала бояться вопросов.

— Алексей, — сказала я, когда мы отстранились.

— Да?

— Пойдём домой. Я замёрзла.

Он улыбнулся, снял куртку, накинул мне на плечи.

— Пойдём, — сказал он.

Мы пошли по аллее, держась за руки, и я чувствовала тепло его куртки, тепло его руки, тепло его сердца. Весна была повсюду, но главная весна была во мне. Та, которая приходит, когда перестаёшь бояться. Та, которая остаётся навсегда.

Мы шли молча, и это молчание было не тяжёлым, а лёгким, как лепестки яблони, которые падали нам на плечи. Я знала, что впереди ещё много разговоров, много вопросов, много ответов. Но сейчас, в этот момент, мне не нужно было ничего, кроме его руки в моей.

— Эмилия, — сказал он, когда мы вышли из сада.

— Да?

— Спасибо, что не сдалась.

Я остановилась, посмотрела на него.

— Я не сдаюсь, — сказала я. — Я просто учусь. Как и ты.

Он улыбнулся, и в этой улыбке я увидела не мальчишку, который боялся подойти, и не мужчину, который боялся признаться, а человека, который учился любить. Как я. Как мы.

Мы пошли дальше, и я знала, что завтра будет новый день. И в этом дне будут новые ошибки, новые страхи, новые победы. Но мы будем вместе. И это было главное.

Утро после той ночи под яблоней было особенным. Я проснулась в его квартире — на том самом диване, где спала в первый раз, укрытая пледом, с его рукой, которая лежала на моей ладони. Он сидел в кресле напротив, смотрел на меня и улыбался. Не спал, наверное, всю ночь, но выглядел отдохнувшим, спокойным, счастливым.

— Ты опять не спал? — спросила я, голос был сонным, хриплым.

— Спал, — он соврал, и мы оба это знали. — Немного. Проснулся раньше. Смотрел, как ты спишь.

— И как я сплю?

— Красиво, — он улыбнулся той улыбкой, которая делала его мальчишкой. — Как ребёнок. Беззаботно.

Я села, чувствуя, как плед сползает с плеч. На мне была его футболка — он дал её мне вчера, когда я замёрзла, и она пахла им, его домом, его теплом.

— Кофе будешь? — спросил он, вставая.

— Буду.

Мы пошли на кухню. Он заварил кофе, поджарил тосты, достал варенье — клубничное, домашнее, которое варил сам. Мы сидели за маленьким столом, пили кофе, смотрели в окно на просыпающийся город. И в этом было что-то такое… правильное. Не пафосное, не романтическое в киношном смысле. Просто жизнь. Два человека, которые нашли друг друга после семи лет ожидания.

— Эмилия, — сказал он, когда мы допили кофе.

— Да?

— Я хочу тебя кое о чём попросить.

Я насторожилась, но он улыбнулся, и напряжение отпустило.

— Не бойся, — он взял меня за руку. — Это не страшно. Я хочу, чтобы ты пришла сегодня вечером в ресторан. Не как гость, не как дизайнер. Просто… пришла. Я хочу кое-что тебе показать.

— Что?

— Сюрприз, — он поднёс мою руку к губам, поцеловал. — Хороший. Без подстав. Без сценариев. Обещаю.

Я посмотрела на него. В его глазах не было страха, неуверенности, желания угодить. Только спокойная уверенность человека, который наконец-то понял, что ему нужно.