Книга Попутчик по несчастью, страница 83 – Виктория Рогозина

Она скользнула пальцами по его руке — тихо, благодарно. И улыбнулась ещё шире, почти счастливо. А Демид поймал её ладонь, сжал. И вдруг понял, что этой тишины ему мало. Что именно сейчас — когда рядом Саша, когда ночь спокойна, когда дорога проста — он боится больше всего. Боится, что всё опять сломается. Боится, что она снова заплачет из-за него. Боится, что он не сможет удержать то, что так быстро выросло между ними.

Не всё так просто, — глухо отозвалось внутри. Но он молчал. И продолжал гладить её бедро, будто этим движением пытался удержать хрупкий покой… хотя бы на несколько лишних минут.

На рассвете небо зашевелилось бледно-розовыми прожилками, и лёгкий холодок пробежал по траве. Сторожка Степана, маленькая, забитая теплом и запахом самовара, будто осталась за плечами целой отдельной жизнью. Компанию провожали тихие, спокойные слова старика, его мягкая улыбка, словно он действительно рад был снова увидеть живых — и так же искренне рад их отпустить.

Ария, как всегда трогательная в своей странной внимательности, обняла Степана первой — легко, едва касаясь. Евгений пожал руку. Демид коротко кивнул. Саша тихо поблагодарила, будто всё ещё стеснялась вчерашних слёз.

Когда машина выехала с кладбищенской дороги на трассу, город уже дремал на горизонте. А на самом въезде их ждал сюрприз. Белая машина организаторов шоу, мигалки полицейской «буханки» и двое сотрудников, явно не выспавшихся, но деловитых. Увидев их, организатор — тот самый вечно спокойный мужчина по имени Роман — облегчённо выдохнул, будто только что скинул мешок камней.

— Ну наконец-то, — бросил он, оглядывая их всех, живых, целых и грязных. — Мы тут чуть на уши не встали.

Полиция быстро оформила протокол: угнанный внедорожник, следы взрыва на лесной дороге, заявление о нападении. Всё вышло настолько сухо и буднично, будто их ночная авантюра — обычное происшествие.

Машину забрали. Взамен выдали чистый, просторный хэтчбек ЧженЛи. И вот спустя десять минут было уже не так уж просторно. Евгений сел за руль, привычно подстроив под себя кресло. Ария плюхнулась рядом и моментально начала возмущаться:

— Да великолепно! А где мне, спрашивается, спать? Женя, места нет, кресло неудобное, ужас, катастрофа!

Она бурчала, делая недовольное лицо, но каждый, кто знал Морок хотя бы сутки, видел — это не злость. Это просто то, что она делает, когда устала и всё ещё держится бодрой. Показное ворчание, чтобы не уснуть на ходу.

Сзади, на широком сидении, Демид устроился так, чтобы не задевать Сашу. Но Александра сама уткнулась ему в плечо, пока машина тронулась, и через минуту уже тихо спала, обхватив его руку ладонью, будто боялась, что он исчезнет.

Багров сидел неподвижно. Он смотрел на то, как двигается её ресница, как тихо поднимается и опускается грудь. И внутри что-то медленно, неприятно переворачивалось. Он снова думал — слишком много думал. Стоило ли играть в любовь? Стоило ли позволять себе слабость? Стоило ли отвечать на её поцелуй?.. Потому что сейчас рядом была не просто участница шоу. Не просто менеджер. Саша стала чем-то тёплым, настоящим, слишком близким. И это ощущение — то самое зудящее, разъедающее — не давало ему покоя. Шоу теперь раздражало. Сама мысль о продюсерах, рейтингах вызывала злость. Вся эта игра в отношения перед камерами казалась фальшивым цирком, в который он притащил девушку, которая не заслуживала ни боли, ни игры.