Книга Развод. Доставлено курьером, страница 66 – Лея Вестова

Она взяла ручку со стола, поднесла к бумаге. Рука зависла в воздухе. Потом, словно преодолевая невидимое сопротивление, опустилась и быстро вывела подпись. Дата. Печать компании — оттиск с названием и ИНН.

— Спасибо, — я забрала документ, аккуратно сложила его в папку. — Вы приняли правильное решение.

Она не ответила. Вернулась к своему столу, села, уткнулась в монитор. Плечи поникли, руки безвольно лежали на клавиатуре.

Я достала телефон, сфотографировала подписанное распоряжение. Отправила копию Екатерине Сергеевне с коротким сообщением: «Счета заблокированы. Нашла фиктивные расходы на 18+ млн. Завтра привезу документы.»

Ответ пришёл почти мгновенно: «Отлично. Завтра в 10 утра у меня. Молодец.»

Я убрала телефон, собрала все распечатанные документы в папку. Встала, надела пальто.

— Алла Сергеевна, — она подняла на меня усталые, красные глаза. — Я заберу эти документы с собой. Завтра приеду снова, мне нужно будет проверить ещё несколько моментов. Вы будете на месте?

— Да, — прошептала она. — Я всегда на месте.

Я вышла из кабинета. Опенспейс почти опустел, большинство сотрудников уже разошлись, на столах горели одинокие лампы, на экранах мерцали заставки. Несколько человек подняли головы при моём появлении, проводили взглядами.

Я шла через зал с высоко поднятой головой, сжимая под мышкой толстую папку с документами. Доказательства. Чёрным по белому. Цифры, которые не соврут.

На улице было холодно и темно. Фонари уже зажглись, освещая парковку мутным жёлтым светом. Я дошла до машины, открыла багажник, аккуратно положила папку внутрь.

Села за руль. Завела мотор, но не поехала. Сидела, глядя перед собой на освещённые окна бизнес-центра, обхватив руль побелевшими пальцами.

Восемнадцать миллионов. За год. А сколько за все шесть лет? Он воровал. Выводил прибыль, которую мы могли тратить на семью, на дочь, на жизнь. И жаловался мне на кризис. На тяжёлую жизнь. На стресс.

Слёзы подступили к горлу… какая же я была дурой. В какой момент я отупела, так безоговорочно доверилась? А он? Как он мог? У нас семья, дочь… он думал о дочери?

Глубоко вздохнув, сейчас не время раскисать, — я включила передачу и выехала с парковки…

Дома меня встретили запах жареной картошки и мамин голос из кухни:

— Оля, ты приехала? Иди скорее, мы с Лизой ужин готовим!

Я разделась, повесила пальто. Посмотрела на себя в зеркало: лицо бледное, усталое, но сухое. Никаких слёз. Я справилась.

— Мама! — Лиза выбежала из кухни, обняла меня за ноги. — Мы котлеты делали! Я сама фарш мешала!

— Умница, — я погладила её по голове, постаралась улыбнуться. — Сейчас приду, только руки помою.

В ванной я долго стояла, держась за раковину, глядя на своё отражение. Женщина в зеркале выглядела старше, чем утром. Но сильнее. Жёстче.

Я справилась. Я сделала всё правильно. А завтра продолжу…

Утро началось рано, я проснулась ещё до будильника, в половине шестого. Лежала в темноте, глядя в потолок, прокручивая в голове вчерашние открытия. Восемнадцать миллионов. Фиктивные фирмы. Завышенные цены на материалы. Консультационные услуги, которых никто не видел.

И Андрей, который шесть лет рассказывал мне про кризис, про бессонные ночи, про страх перед налоговой.

Я встала, тихо, чтобы не разбудить родителей в соседней комнате. Прошла в ванную, умылась холодной водой. Прошла на кухню, там уже хлопотала мама, видимо, тоже не спала.