Книга Развод. Доставлено курьером, страница 100 – Лея Вестова

Я положила трубку, повернулась к Марине.

— Завтра счёт разморозят.

— Вот видите, — она улыбнулась. — А вы боялись.

Боялась. Да, боялась. Боялась суда, боялась Андрея, боялась проиграть. А теперь стою в коридоре, залитом солнцем, и понимаю, что справилась. Не одна, конечно, с помощью Марины, но всё-таки справилась.

— Что дальше? — спросила я.

— Дальше? — Марина посмотрела на меня с тем выражением, которое я уже научилась узнавать: смесь профессионального интереса и чего-то личного, почти материнского. — Дальше — уголовное дело. Ратманова дала показания, документы у следователя. Думаю, скоро Андрею станет не до исков.

Не до исков. Я представила, как он сейчас едет домой к маме, потому что больше ему некуда, и думает о том, что всё пошло не по плану. Что женщина, которую он считал слабой и безвольной, оказалась не такой уж слабой. Что карточный домик, который он строил годами, начал рушиться.

И мне почти стало его жалко. Почти.

— Спасибо, Марина, — сказала я. — За всё.

— Не за что благодарить. Это моя работа.

— Нет, — я покачала головой. — Не только работа. Вы верили в меня, когда я сама в себя не верила. Это дорогого стоит.

Она помолчала, потом коротко и сдержанно кивнула.

— Идите домой, Ольга. Отдохните. Вы заслужили.

Домой я ехала через город, который казался другим: ярче, светлее, как будто кто-то протёр стекло, сквозь которое я на него смотрела. Дома меня встретила Лиза, вихрем налетела в коридоре, повисла на шее.

— Мама! Ты рано! Бабушка сказала, что ты в суде была. Ты выиграла?

Я обняла её, уткнулась носом в макушку.

— Выиграла, солнышко. Выиграла.

— Ура! — она отстранилась, посмотрела на меня снизу вверх. — А что ты выиграла?

Как объяснить ребёнку, что такое корпоративный спор? Как рассказать про иски, счета, заморозки?

— Справедливость, — сказала я. — Я выиграла справедливость.

Лиза нахмурилась, обдумывая.

— Это хорошо?

— Это очень хорошо.

Она кивнула, удовлетворённая ответом, и убежала в комнату: к своим куклам, рисункам, маленьким детским заботам. А я осталась стоять в коридоре, прислонившись к стене, и чувствовала, как отпускает напряжение последних недель.

Мама выглянула из кухни.

— Ну что?

— Иск отклонили. Завтра разморозят счёт.

Она ничего не сказала, просто подошла и обняла меня — крепко, как в детстве, когда я приходила домой с разбитыми коленками или плохими оценками.

— Я знала, — прошептала она. — Я знала, что ты справишься.

Вечером я сидела на кухне с чашкой чая и смотрела в окно. Фонарь во дворе качался на ветру, бросая тени на стену. Лиза давно спала, родители смотрели телевизор в гостиной, а я думала о том, что случилось за эти месяцы.

Ещё недавно я была просто женой. А теперь я директор. Истица в уголовном деле. Женщина, которая выиграла суд у собственного мужа.

Странные метаморфозы. Странная жизнь.

Телефон пиликнул — сообщение от Марины: «Ольга, забыла сказать. Следователь хочет с вами встретиться на этой неделе. Дело движется быстрее, чем я думала. Это хороший знак».

Хороший знак. Я улыбнулась, отложила телефон. Да, пожалуй, хороший.

Я допила чай, выключила свет на кухне. Завтра нужно в банк, потом в офис, потом ещё куда-то — жизнь продолжалась, требовала внимания, решений, действий. Но сегодня, хотя бы сегодня, можно было просто радоваться победе…