Книга Без права на чувства, страница 57 – Ольга Сахалинская

Мы боремся за каждый шар, за каждую лузу. Борьба кипит не только на столе, но и в воздухе, заполненном невысказанными претензиями.

Между ударами перекидываемся новостями универа, они хвастаются своими похождениями на личном фронте.

Влад с восторгом рассказывает, как «уделал» очередную «тёлку», так что «соседи стучали по батарее». Артём вторит ему, со смачными подробностями, от которых меня слегка подташнивает. Я отмалчиваюсь, отпиваю пиво, чувствуя, как между мной и ними нарастает отчуждение.

Они смеются. Громко, самодовольно. Раньше я смеялся вместе с ними. Раньше их истории казались мне смешными. Сейчас же я слышу в них какую-то… убогость. Как пацаны, хвастающиеся друг перед другом грязными картинками.

— Ну а ты чё молчишь? Поведай нам о своих подвигах, — Влад выпрямляется, забив очередной шар, и окидывает нас победоносным взглядом.

Пытаюсь проигнорировать его, сосредоточившись на своём ударе.

— Да, кстати! — протягивает Артём с хитрой ухмылкой. — Как там наша неприступная? Дала уже?

Резко выпрямляюсь, чуть не сломав кий. Ребята переглядываются, ухмыляясь, и тут же приходит понимание, что они специально провоцируют. Проверяют реакцию?

— Всё нормально, — сухо отвечаю я, стараясь сохранять спокойствие. — У нас всё хорошо.

— Хорошо? — переспрашивает Влад, насмешливо приподняв бровь. — А как же спор?

Чувствую, как кровь приливает к лицу, а кулаки сжимаются.

— Нет никакого спора, — отвечаю я, делая вид, что выравниваю кий, прицеливаясь, пожимая плечами.

— Эээ, братан! Так дело не пойдёт. А как же слово пацана? — друг тянет ухмылку.

— А что не так? Я выиграл пари. Дальше это уже не вашего ума дело.

— Оу! Значит, ты всё-таки её трахнул. И как оно? Бревно или в тихом омуте черти водятся? — Артём не унимается, подливая масла в огонь.

— Тём, заткнись, — говорю я уже без всяких шуток.

Но он сегодня в ударе.

— Слышал, они все такие, эти тихони. С виду — ангел, а в кровати… о-го-го. Ну, рассказывай, Град, не жадничай. Она стонет тихо или как породистая кобыла?

Меня начинает тошнить. Смотрю на его довольное, разгорячённое лицо и вижу не друга, а отвратительного ублюдка.

Влад заливисто смеётся поддакивая:

— Наверняка ещё и готовит хорошо. Идеальная жена на одну ночь. Ты уж не проспи момент, когда надо делать ноги. А то прикипишь, и она тебя к батарее пирожками прикуёт.

— Я сказал, чтобы вы заткнулись! — мой голос звучит резко, почти звериным рыком, заставляя на мгновение замолчать даже музыку в колонках.

Они оба замирают, удивлённо таращась на меня.

— Ты чего это, братан? Шуток не понимаешь? Из-за какой-то…

— Не смей о ней так говорить, — шиплю я, сжимая кулаки. Чувствую, как по спине бегут мурашки ярости. — Вы вообще слышите себя? Вы о живом человеке говорите, как о куске мяса.

Наступает пауза. Артём первым приходит в себя.

— Охуе́ть! Это уже диагноз. Ты серьёзно? Мы что, на девичнике? Мужики всегда так говорили, говорят и будут говорить. Ты что вдруг, святым стал?

Вклинивается Влад. Вижу, как алеет его лицо. Как у него скулы ходят ходуном.

— Да, Мир! Чего святошу из себя строишь? — шипит он разгибаясь. — Это ты с нами сидел и рассказывал, как ты её «охомутаешь»! А теперь ты здесь белый и пушистый? Ты что, думаешь, она не узнает? Узнает, братан! И посмотрит на тебя, как на говно! Потому что ты и есть говно! Такое же, как и мы! Только мы хотя бы не лицемерим!