Книга Папа для Вишенки, страница 88 – Диана Рымарь

Я ни за что это не озвучу! Особенно ему!

— Саш, ты вообще зачем пришел? — меняю тему, пытаясь успокоиться.

— Ну как… — разводит он руками с показным удивлением. — Поздравить с днем рождения. Ты против, что ли?

Думаю, насколько будет бестактно, если попрошу его уйти. Он мне неприятен, и все тут. И его угощений не хочу — в желудке до сих пор стоят комом мамины вареники. Да и от одного вида облепихового чая уже начинает першить в горле.

Впрочем, мне не обязательно самой его выпроваживать, так? Просто тихонько напишу охраннику или Роберту. Пусть они разбираются.

Уже тянусь под подушку за телефоном, почти вытаскиваю его…

— А вот звонить никому не надо, — вдруг резко говорит Саша.

Голос его меняется — становится жестким, властным. Совсем не таким, каким был секунду назад.

И меня накрывает новой волной воспоминаний. Таких ярких и пугающих, что короткие волосы на затылке встают дыбом, а по спине пробегает ледяной озноб.

В доли секунды я погружаюсь в тот самый липкий кошмар, что испытала в ночь перед последним экзаменом.

Ничего другого не вспоминается, но тот самый вечер… Он встает перед глазами во всех жутких подробностях.

На время сессии я поселилась в общаге у одной старой знакомой, что учится на очном. Катя — моя одногодка, ей двадцать один, тоже блондинка. Но в остальном между нами больше ничего схожего.

Она длинноногая, грудастая, с лицом высококлассной эскортницы, хотя ничего общего с этой профессией не имеет.

В общем, она — вау, а я… Я просто я.

Серая мышка рядом с ослепительной красоткой.

Она мне очень нравилась как друг, с ней было интересно. Катя умеет смеяться над жизнью так легко, как будто все проблемы — это просто временные неудобства.

Она будто в другом мире живет, отличном от моего. Том, где поклонники, вечеринки и прочее, что прилагается к внешности, как у нее. Ее рассказами про личную жизнь можно заслушаться — такие там страсти кипят! Это тебе не разрываться между маленьким ребенком, работой, учебой и помощью матери.

В ночь перед экзаменом я решила поехать с ней на вечеринку. Господи, как же я об этом жалею сейчас!

Она очень просила, ведь собиралась в незнакомое место.

Ей хотелось компании, а мне — вечеринку.

Хоть раз в жизни почувствовать себя легкой и беззаботной, а не замученной жизнью теткой в двадцать один год.

Тем более ее пригласил мой однокурсник, Саша Романов, с которым она недавно познакомилась. Он же и должен был нас туда доставить.

Вот только ни на какую вечеринку мы не попали.

Точнее, он повез нас туда, но по пути ему кто-то позвонил. Телефон надрывно заверещал в салоне, и Саша аж вздрогнул, когда увидел номер.

Ради этого разговора он даже остановил машину, вышел, что-то кому-то объяснял в трубку, активно жестикулировал. Потом вдруг замолчал и долго слушал, кивая.

Сел в машину взвинченный, потный, несмотря на прохладный вечер. Даже я, почти его не знавшая, поняла, что у него что-то стряслось.

Саша повернулся к нам, и я увидела в его глазах что-то… нехорошее. Отчаянное и злое одновременно.

— Девчонки, планы изменились, нужно сначала кое-куда заскочить, а потом уж… Вы ж не против, да?

Надо сказать, внешне Романов ничего себе парень, лицо у него по-мужски красивое, опять же харизма. В общем, Катя к нему совсем не ровно дышала и, конечно же, согласилась, даже не задумавшись.