Онлайн книга «Мы, твои жены и дети»
|
— Что мы плохие, да? Перестань, мам. Ерунду какую-то несешь сейчас. И вообще, я тебя не понимаю, хоть убей. Ты что, подружиться с ними решила? Думаешь, им это надо? Не смеши меня, мам! Зачем себя навязывать, унижаться? — Да не собираюсь я с ними дружить! Просто мне надо как-то объяснить. — Да что объяснить? — Твое поведение объяснить. Эти твои дурацкие поползновения на наследство. — И как ты объяснишь? Прощения за меня попросишь? Мол, мой сын полоумный, в детстве с дуба рухнул и головкой о землю ушибся? — Да перестань ерничать. Иди лучше мой руки, за стол садись. У меня уже все готово. — Я не хочу есть. Мы с Клавой шаурмы наелись, когда гуляли. — Гриш, ну сколько можно тебе говорить, что этого нельзя делать! Шаурмой отравиться можно, ты что! Я тут готовлю, стараюсь, а ты… — Да просто Клава очень голодная была. — Ну так и ела бы она себе шаурму! А ты бы не ел! — Так я за компанию. И вообще, ты сейчас так говоришь, будто тебе не шаурма не нравится, а Клава не нравится. Что, в точку попал, да? Она растерялась, не зная, что ответить. И впрямь, не нравилась ей эта Клава. Соплячка еще, а возомнила из себя крутую психологиню. Наверняка ведь это она Гришу подталкивает на необдуманные поступки, шепчет в уши, что он сын своего отца, что право имеет. И откуда она взялась вообще? Ладно бы хорошенькая была, а то ведь без слез не взглянешь. И одевается так, будто ей абсолютно наплевать на свой внешний вид. Кроссовки эти парнокопытные, штаны широченные, худи с огромным капюшоном, куртка мешком. И при этаких выходных данных вполне себе уверенная особа! Гриша ждал, что она ответит. С вызовом ждал. И потому пожала плечами, проговорила почти равнодушно: — Да какое мне дело до твоей Клавы. Ты же с ней общаешься, а не я. — Ладно, мам, не сердись. Я вовсе не хочу с тобой ссориться. — А я разве хочу? Просто ты же ставишь меня в дурацкое положение! Думаешь, мне так хочется идти на эту встречу и объяснять что-то? — Так не ходи! — Нет, я пойду. Хотя бы для того пойду, чтобы объяснить, что у Вани вполне нормальный сын, умный хороший мальчик. Чтобы они не думали… — Да пусть они думают как хотят! Нам-то какое дело? — А такое дело, Гриш, что ты должен быть достоин своего отца. И в их глазах тоже. Я ведь знаю, какой ты, и совсем не понимаю, что с тобой происходит в последнее время. Просто какой-то испанский стыд, ей-богу. — А что такое испанский стыд? — Это когда другой человек делает что-то неправильное, а тебе стыдно. — Да что я делаю неправильно? Да, я сын своего отца. Да, у него другая семья, и что? Да, он не жил с нами. Мне этого надо стыдиться? И потому я не могу претендовать на свою долю в наследстве? Причем по закону? — Да по какому закону, Гриш? По закону как раз и не можешь. — Да, пока не могу. Поэтому я и пытаюсь. И докажу. — Не надо, Гриш. Не надо все это ворошить, пожалуйста. Твой отец и без того всегда помогал нам, все для нас делал, что мог. Вот, квартиру эту купил. Гимназию твою оплачивал. Ты ни в чем не знал нужды. Он никогда от тебя не отказывался! Он очень любил тебя! — Не отказывался, говоришь? Ну тогда и дочь его пусть от меня не отказывается. Пусть признает меня братом. Тогда все встанет на свои места – она его дочь, я его сын! А не жалкий попрошайка! — Но ты тоже должен ее понять, сынок. Сам подумай, как бы ты поступил на ее месте? |