Книга Капкан Бешеного, страница 34 – Мария Зайцева

Боже…

За что мне это счастье?

Меня разбивает на мелкие осколки так внезапно, долго и сладко, что не сразу понимаю, на каком я свете.

И не сразу понимаю, что мой любовник тоже кончил.

И сейчас стоит, задумчиво размазывая по моему животу белесую жидкость, словно гель для душа.

Поймав мой взгляд на этом движении и посчитав, что я уже достаточно пришла в себя, он подносит к моим губам пальцы.

— Оближи.

И я послушно облизываю, прикрывая глаза от неожиданной терпкости.

— Хорошо, — хрипло одобряет Демид, — понравилось?

Киваю.

Чего скрывать?

Понравилось — это очень слабо сказано.

— Тогда пошли.

Я не могу идти, ноги не слушаются, дрожат до сих пор. И надо бы ему об этом сказать…

Но я почему-то говорю совершенно другое:

— Куда?

Демид выходит из душевой кабины, обматывает меня полотенцем и поднимает на руки.

— В постель.

— Да?

Я все еще не верю, все еще в легком шоке.

Второй наш секс… И снова внезапный. И снова без разговоров…

Демид не отвечает на мой откровенно бессмысленный вопрос, просто несет меня в комнату. Свою.

И кладет на кровать, пахнущую им.

Наклоняется.

И я снова гипнотически тону в его глазах. Внимательных. Серьезных. Жадных.

— Неувязочки до конца надо… развязывать… — шепчет он, и я податливо открываю рот, чтоб согласиться. И чтоб поцеловал уже, наконец. Потому что мне опять хочется.

Но нас прерывает трель звонка.

Настойчивая.

Демид пару секунд смотрит на меня, словно прикидывая, надо ли отрываться от такого интересного занятия, но звонок не утихает, и мой любовник, выругавшись, стягивает с меня полотенце, обматывает им бедра и идет к двери.

А я, торопливо юркнув под одеяло, прислушиваюсь к происходящему.

— Демид Игнатьевич, — басит кто-то, — тут это… Курьер был. Пиццу принес. Сказал, что клиентка ошиблась этажом. Хотел отдать, но мы не пустили. Пиццу проверили. Все в порядке. Просто пицца.

— Долбоебы вы конченные, — рычит Демид.

А затем хлопает дверь, слышу тяжелые шаги и смотрю на появившегося на пороге спальни Демида Игнатьевича.

Офигенного, полуголого.

И с пиццей в руках.

Мое комбо на сегодня.

Я смотрю, как моя анимешка ест пиццу, и чувствую себя мудаком. Редкостным.

Это ощущение для меня не то, чтоб незнакомое, я думаю, многим мужикам в течение жизни случалось нечто похожее испытывать, но тут прямо активно все.

Вспоминаю, как летел сюда, какой был злой, как не думал, ведь, вообще! Только эмоции гнали вперед!

Она мне не подчинилась.

Она посмела захотеть свалить! И не просто захотеть, она, блядь, попыталась это сделать!

Как вообще такое возможно?

Короче говоря, сейчас, когда в голове моей чуть-чуть прояснилось, и красная пелена с глаз упала, я понимаю, что явно какое-то помешательство в мозгах присутствует.

Потому что такого у меня не было… Да никогда не было.

Ни с одной женщиной.

Нет, эмоции по отношению к тому, что кто-то не слушается, не делает так, как мне надо, были. И я их знаю.

Генька, засранец мелкий, давал огня еще с детского сада. Истинный Лисин. Весь в меня. Гордость и постоянный источник проблем.

И когда бизнес пытались отжать.

И когда Геньку моего пытались…

Короче, что такое бешенство, бурлящее в крови, и красное марево перед глазами, я хорошо знаю.

Бешеным меня не просто так прозвали, хотя уже много лет, как я прозвище не оправдываю… Надеюсь на это, по крайней мере.