Книга Всего лишь измена, страница 29 – Мари Соль

— Ну, наконец-то! Наш Винни Пух объявился! — смеётся подруга, впуская меня.

Кафе заказали на пятницу, а сегодня среда. Майка отметит с семьёй. Ну, а после — с друзьями отправится в клуб, танцевать до рассвета.

— Огромные, правда? Чуть не улетела на них, — говорю и вручаю шары ожидающей Милке.

— Представляю себе эту картину! И заголовок в новостях: «На чём летают современные ведьмы?». Сегодня над Питером видели женщину, летящую на связке воздушных шаров, — издевается та.

— Иди ты! — толкаю её.

Привязав шары к стулу, Милка сажает меня:

— Я хотела меню обсудить.

— Главное, сыра побольше, Майка у нас — сыроед, — отвечаю.

Идея назвать дочку Майя принадлежала Шумилову. Я всегда говорю ей, что имя придумал отец.

— Смотри, вот по поводу торта, — садится подруга и обдает меня сладостью новых духов.

— Главное, свечи, и чтобы задуть, Майка любит желания загадывать, — отвечаю.

С самого первого дня появления Майи на свет, я удивлялась её красоте. И тому, как могла пожелать смерти этому чуду! Ведь, решись я пойти на аборт, и она бы исчезла. Никогда не рождалась. Этого я бы себе простить не смогла…

— Смотри, вот на выбор, черничный бисквит с шоколадной посылкой, или банан и клубника? — Милка листает торты на планшете. Один краше другого! Я бы съела их все.

— И того, и другого, и можно без хлеба, — заявляю, сглотнув.

— Без хлеба-то можно, — кивает мой повар, — Но это будет не торт, а фруктовый мусс.

— Типа того, что ты делала на мой день рождения? — вспоминаю.

— Ну, да, — отвечает она.

Это был потрясающий, с лёгкой кислинкой, десерт, с добавлением киви и сливок.

— Было вкусно, но давай всё же классический торт, — говорю.

— Так! — деловито черкает в блокноте, — И сколько нас будет в итоге?

Я считаю на пальцах:

— Ну, мы с Костиком, ты, Майка, Тоха. Мамуля придёт, и Костяшкины тоже приедут.

— Аська будет?

— Да, кто ж её знает?

— Узнай!

— Я думаю, будет! Она не пропустит такое событие. День рождения племяшки.

На прошлый её день рождения Ася как раз находилась в загуле. Она позвонила, сказав, что вулкан на Камчатке дымит и рейс отменили. Оттуда она привезла много пемзы и красной икры.

— А Анфиса Павловна одна придёт, или…, - Милка делает многозначительную паузу, имея ввиду мою мать, что уже пятый год состоит в отношениях, но знакомить нас с ним не спешит.

Правда, я с ним знакома. Заочно! Нормальный мужик. Лысоват, худощав. Занимается бизнесом. У него магазинчик продуктов, киоск и отдел бакалеи в большом супермаркете. Где они познакомились с мамой! Она покупала продукты на ужин. Мама вечно худеет, следит за собой.

— Скажите, эти макароны не развариваются? Мне нужно сделать альдэнтэ, — спросила она продавщицу.

Та уставилась:

— Да нормальные макароны, варить пять минут.

— Пять минут до готовности? — мама достала очки и надела их на нос.

— Там написано всё, — продавщица кивнула, устав от дотошной клиентки.

Но мама была несгибаема. Изучив макаронную пачку, она протянула её:

— Где здесь написано, что это из твёрдых сортов? Мне нужно из твёрдых.

Женщина, стоящая за прилавком уже не один год, нахмурилась:

— А эти чем плохи?

Мама, спрятав свои окуляры в футлярчик, сказала:

— Ничем. Просто они не подходят под мой рацион.

Тут в магазин зашёл он. Николай Сергеевич Дотошный, предприниматель средней руки, мечта одиноких женщин за шестьдесят. Правда, маме тогда ещё не было даже шестидесяти. Она была моложава, весьма одинока и очень горда.