Книга Всего лишь любовь, страница 97 – Мари Соль

— Одно из расстройств пищевого поведения. Когда ты ешь, как не в себя! А потом всё это, — она замедляется, — Не к столу будет сказано, отправляешь в унитаз.

— Ого, — выдыхаю, — Наверное, жутко?

— В институте я весила сорок два килограмма, — болезненно хмыкает Катя, — Вот до чего довела себя!

— Невероятно! — качнув головой, ощущаю, как сильно мне хочется сблизиться с ней и узнать обо всех её тайнах. Свои по сравнению кажутся мелочью. Мой вес не менялся лет двадцать, наверное. Не считая живота, который вы́носил дважды.

— Да, было гадкое время, — вздыхает она, — Но бесследно оно не прошло. Ты меня голой не видела. По всему телу растяжки! Я и на пляже стараюсь в закрытом купальнике быть. Кстати, о купальниках! — вдруг оживляется Катя.

Вот эта способность менять настроение, в который уж раз поражает меня. Я не умею так быстро! И потому торможу.

— Как ты относишься к плаванию?

На этот вопрос я даю однозначный ответ:

— Хорошо.

— Это супер! — смеётся она, — В бассейне, куда я хожу, сейчас акция. Приведи друга и получи скидку! И другу, в том числе скидка будет. Ты как?

Я киваю:

— Не против.

— Ну, класс! Всё, идём! В эту пятницу будет нормально? Или лучше в четверг?

Я представляю себе календарь, вижу дату. Она даже в мыслях помечена красным! Годовщина свадьбы родителей Кости. Что делать? Не ехать? А он приглашал? А разве мне нужно его приглашение? Но это, в любом случае, будет в субботу. А значит, что в пятницу я абсолютно свободна. Бассейн? Почему бы и нет?

— Оба дня, на твоё усмотрение, — пожимаю плечами.

— Ну, всё! Тогда меряй купальник. Там, кстати, есть сауна. Очень хорошая. С такой, знаешь, бочкой, откуда можно плескать на каменку воду. Приятненько так! Сидишь, дышишь влажным воздухом. Выходишь после, как заново рождённый!

— Ты так красиво рассказываешь! Хоть сегодня беги! — улыбаюсь.

— Не, сегодня, увы, не могу, — произносит она извинительным тоном, — День рождения бывшего мужа!

— Это первого что ли? — говорю, вскинув брови.

— Ага! — отвечает она.

— Так вы с ним общаетесь? — я удивлённо пытаюсь представить себе нас с Шумиловым, порознь. Интересно, а мы с ним тоже будем общаться, поздравлять друг друга с днями рождения? Наверно, такое возможно, когда между вами уже не осталось тех чувств, которые и привели к разводу. Ничего не осталось. Лишь общие дети. И память на фото, в альбоме «Семья».

— Да, мы нормально общаемся. Он уже снова женился, ещё раз развёлся. И я развелась. В общем, счёт пока равный! — смеётся Сипович.

Возможно, и я, спустя много лет, буду вот также смеяться над нашим с Шумиловым браком.

Дома, поняв, что купальника нет, я решаю купить себе новый. Это проще, чем ехать к Шумилову «в гости», видеть его физиономию, слышать тяжёлые вздохи за дверью и думать о том, что сказать.

В бутике, что находится в центре, куда добираюсь пешком, выбираю зелёный. Цвет изумрудов мне очень к лицу. До сих пор! Правда, теперь я стесняюсь открытых купальников. Низ живота украшает «весёленький шрам». Как его называет Шумилов. Он по форме похож на улыбку. Когда-то меня разрезали, желая извлечь малыша. Тошка плохо лежал, его обвила пуповина. И я так молилась, пока мне кололи наркоз. А, проснувшись, увидела Костю. Он держал на руках плотный свёрток.

— Познакомься, Антон Константинович. Наш обожаемый сын, — показал мне Антошкину мордочку. А после прижался губами ко лбу, где на мне до сих пор была медицинская шапочка.