Книга Измена. По нотам любви, страница 102 – Мари Соль

«Да уже и не нужно», — хочу я сказать. Но молчу! Зачем кому-то чужие проблемы? У Артура вот может быть ребёнок от Бэлы. А что? Она молодая, родит. И не одного, а двоих. А мне стать матерью не суждено. Ведь я уже «старородящая».

Осмотр проходит спокойно. Докторица обходится без лишних нравоучений. Благо, я пока ещё замужем. И сексуальных партнёров не меняла уже столько лет. А придётся! Придётся ли? Даже представить себе не могу, чтобы кто-то чужой меня трогал. Кто-то, кроме Артура. Целовал и ласкал. Был во мне. Фу! Даже думать противно об этом…

— Ну чего вы конфузитесь? Больно? — глядит мне в лицо.

Между тем её пальцы внутри.

— Нет, терпимо, — я выдыхаю и опускаю голову на подголовник. Смотрю в окно, что расположено прямо по курсу.

За окном сыплет снег. Вот и ноябрь скоро кончится. А там новый год… Первый мой новый год без него. Первый наш, друг без друга. Интересно, с кем будет Артур? С мамой. Ну, с кем же ещё! На работе отпразднует. Филармония всегда отмечает с размахом. Ёлка, праздник, финальный концерт и фуршет за счёт спонсоров.

Я обычно ходила с Артуром. Это было не самое важное, но очень приятное мероприятие. Надевала красивое платье. А он — свой костюм. Он играл, я внимала, гордилась. Когда кто-то здоровался и узнавал, что я — супруга Липницкого, то в глазах появлялся завистливый блеск. Причём, женщины явно хотели быть мною. А мужчины, хотели быть им?

Мы были красивая пара. Я так думала! Я старалась ему соответствовать. Насколько могла. Насколько же мне было сложно… А теперь не придётся! Теперь можно есть без зазрения совести. Не обязательно стричься и краситься. И все выходные наряды отправлю в утиль.

— Ну, вот и всё, можете выдохнуть, — говорит доктор, вынимая из меня инструменты.

Я встаю, одеваюсь.

— Эрозия у вас, но пока небольшая. Прижечь надо. Но если рожать собираетесь, лучше после родов.

«Да не собираюсь я рожать», — раздражённо думаю я.

— Скажите, а с циклом-то что? — напоминаю об истинной причине визита.

— Вот анализы придут и посмотрим. Может быть, и от отмены таблеток, — подтверждает врач мою версию.

Получив наставление быть на приёме через неделю, я ухожу. В коридоре, поставив сумочку на «стул ожидания», вынимаю карманное зеркальце. После меня ещё несколько женщин. Одна из них — глубоко беременная. Живот с виду вот-вот разродится, как минимум двойней. И как женщины только таскают такое?

Она машет на себя медицинской карточкой. Видимо, жарко? В самом деле, в больнице натоплено. Могли бы хоть окна открыть!

Рядом с ней сидит муж. Или бойфренд.

— Ларис, может воды? — достаёт он бутылку из сумки.

Она кривится:

— Нет, не хочу!

Лицо её так отекло, что вода будет лишней.

— А чего хочешь? Яблоко хочешь? — он роется в сумочке. Довольно высокий, приятной наружности.

— Нет, Руслан! Отвали! Ничего не хочу! — отвечает она, закрывает глаза, глухо стонет.

— Что? — трепыхается он, — Болит? Опять? — и кладёт ей ладонь на живот.

— Не болит! — тихо злится она, — Убери, итак жарко! — стряхивает с живота его руку.

«Я бы уже потеряла терпение», — думаю я. А парень, молодец, стойкий!

Помню, тоже мечтала о том, как я буду беременна. Я представляла себя красивой беременной! Без всяких там отёков, кряхтений и прыщиков. Представляла, как обновлю гардероб, накуплю всяких милых платьиц и брюк для «пузатиков».