Книга Развод в 45. Двойное предательство переживу назло!, страница 5 – Анна Кривенко

Глава 3 Не смей называть меня по имени…

Работала всю ночь как заведённая.

Внутри словно щёлкнул тумблер — я отключила чувства, заблокировала память, выгнала из головы образы и звуки. Осталась только я и таблицы, презентации, графики, отчёты. Руки двигались сами, разум сосредоточился на задаче, будто вся моя жизнь теперь укладывалась в слайды и аналитические выкладки. Так, наверное, машина работает. Без сбоев. Без сердца.

К утру всё было готово.

Я встала, пошла в душевую комнату, умылась, почистила зубы. Подняла глаза, посмотрела в зеркало.

…И вздрогнула.

На меня смотрело что-то измятое, потускневшее, с растрёпанными волосами, запавшими щеками и совершенно мёртвыми глазами. Лицо как после катастрофы. Ни грамма искры или жизни в чертах.

«Так нельзя, — подумала я. — Так не живут».

Я не могу вечно прятаться тут, в офисе, под софитами люминесцентных ламп и щитом задач.

Нужно что-то делать.

Забрать вещи. Съехать с этой квартиры.

Куда-нибудь исчезнуть.

Как можно дальше.

Для этого нужен отпуск.

Отгулы. Свобода. Точка отсчёта.

Собрала документы, отпечатала заявление, отнесла его в кабинет Алексея Петровича — моего начальника.

Он был мужчиной колоритным, лет пятидесяти, с громким голосом и ворчливостью. Любил шутки, кофе и порядок.

— Катерина Ивановна, — начал он, едва я вошла, — что же вы ко мне с бумажками поутру? С работы, что ли, сбежать вздумали? Или… — он прищурился, — … наконец-то перемены на личном фронте?

Он любил создавать видимость некоего флирта. Наверное, считал, что это делает его обаятельным. Я, не сказав ни слова, положила заявление на стол.

Начальник нахмурился. Взял его, прочитал. Посмотрел на меня внимательнее, и всякое веселье мгновенно исчезло.

— Катя… с вами всё в порядке? Вы… как будто… не вы.

Я попыталась улыбнуться, но вышло жалко. Показала рукой на заявление.

— Мне нужен отпуск, Алексей Петрович. Очень нужен.

Он посмотрел в документ, потом — на меня и… стукнул ладонью по столу.

— Всё из-за твоего муженька, да? Чёрт возьми, ты у нас лучший работник, и если этот идиот тебя угробит — я ему шею сверну!

Я выдохнула. Медленно, тяжело. Закрыла глаза. Открыла их снова.

— Пожалуйста, — сказала тихо. — Просто дайте мне отгулы. Я в них нуждаюсь. Очень. Пожалуйста.

Кажется, он понял. Без подробностей, без лишних слов. Просто кивнул, встал, пошёл к сейфу с документами и быстро что-то там заполнил.

— Даю неделю, — сказал торжественно. — Езжай куда-нибудь. На море, в горы — не знаю. Главное, проветрись. На тебе лица нет. Мы тут недельку как-нибудь без тебя. Но учти: возвращайся.

Я машинально кивнула, взяла документы и вышла.

До вечера дорабатывала, как в тумане.

Толком ничего не ела — еда не лезла в горло. Ни кофе, ни вода, ни бутерброд в тот день во рту так и не побывали.

С каждым часом приближение вечера становилось всё более изощренной пыткой.

Телефон был выключен. Я нарочно отключила его ещё ночью. Для рабочих дел у меня был отдельный, служебный. А этот… вызывал отвращение, потому что на главном экране у меня высвечивались всего два контакта — Маши и Егора. Двух самых родных… предателей.

Когда наконец включила, он начал вибрировать, как сумасшедший. Пятьдесят пропущенных от сестры. Два от мужа.

— Да чтоб вас… — вырвалось у меня громче, чем хотела. Коллега с соседнего стола уставился в изумлении — он от меня ни разу не слышал ни одного грубого слова.