Книга Твой Хозяин из тени, страница 30 – Кира Cherry

Катя отступила, прижимая зачетную книжку к груди. В ней клокотала ярость, смешанная с невыносимой обидой и бессилием.

— Нет, — выдохнула она, — я не сдам ее вам. Вы намеренно вышли за рамки программы. Это не справедливо. Это не зачет, это издевательство!

Волков медленно убрал руки в карманы. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но глаза сузились, превращая его взгляд в змеиный.

— Программа определяет минимум для посредственностей. А в вас лишь заученная ограниченность. Покиньте аудиторию немедленно. Вы свободны от зачета, но не от ответственности за субординации. Через час в мой кабинет. И постарайтесь не усугибить свое шаткое положение. Любимова, прошу, — он с полным спокойствием взмахнул рукой, подзывая следующую студентку к зачету.

Катя схватила сумку и не видя ничего перед собой от застилающих слез, вылетела в коридор. Она чувствовала себя распятой, а в ушах все еще звенел его голос, лишенный всяческих эмоций.

Катя сидела на широком мраморном подоконнике, подтянув колени к груди и сжимая в онемевших пальцах зачетку. Коридор гудел. Тяжелая дверь то и дело распахивалась, выпуская однокурсников. Они выходили расслабленные, шумные, довольные, весело размахивая зачетками с заветной отметкой.

— Я сдала! Кать, прикинь, вытянула! — Жанка подлетела к ней вихрем, сияя от счастья, но тут же осеклась, наблюдая за поникшим лицом подруги. — Ой...Катюнь, ты как? Совсем плохо, да? Козёл он! Ну ничего, попробуй его задобрить в кабинете, слезу там пусти. Не совсем ведь он конченный, сердце должно быть, — теребит на острую коленку в попытках приободрить.Катя молчала, ей ничего не хотелось говорить, в той ситуации, в которой она и сама ни черта не понимала. Слова застряли комом в горле. Она не могла объяснить подруге, что её сейчас тошнит не от страха перед пересдачей, а от едкого, удушающего чувства предательства и открытой насмешки.

В этот момент из кабинета вывались компания мажоров во главе красавчика факультета — Стаса. Они притормозили рядом, намеренно громко переговариваясь, чтобы его слова дошли до адресата.

— Че, Скворцова, классно он тебя нагнул? — он оскалился, картинно подмигивая Кате. — Нашей «королеве знаний», красной шапочке оказалась не по зубам Волк. Ха.

Они захохотали, их издевательский смех эхом отразился от высоких сводов коридора. Катя стиснула зубы, до неприятного скрипа. Ей было невыносимо обидно. Тот самый человек, который еще ночью, ей шептал «тише, маленькая» и ласкал, так, что она забывала своё имя, сегодня устроил публичную порку. Он методично, на глазах у этих ничтожеств, выставил ее психованной дурой, растаптывая достоинство с тем же холодным азартом, с которым владел телом.Дверь аудитории снова открылась и в коридоре воцарилась тишина.

Вышел Он. Волков шел по коридору своей привычной, чеканной походкой, безупречный с пустым взглядом. Его идеальный дорогой костюм и туфли из крокодиловой кожи ослепляли. Он прошел мимо подоконника, даже не повернув головы, словно никого вокруг не существует.

— Скворцова, — низким сухим голосом, разрезал посторонний шум. Он не замедлил шага, не обернулся. — В мой кабинет через пять минут. С зачеткой.Мажоры за спиной снова прыснули, Жанка испуганно сжала локоть, а Катя почувствовала колкий озноб. Она медленно слезла с подоконника, чувствуя десятки любопытных и злорадных взглядов.Ровно через пять минут она стояла перед дубовой дверью, не предполагая, что ее ждёт фейерверк событий и открытий. ***Щелчок замка за спиной Кати прозвучал в стерильной тишине кабинета, как финальный аккорд её прежней жизни. В помещении царила приятная прохлада от кондиционера, которая мгновенно остудила её пылающие щеки, но усилила внутренний озноб. Воздух был пропитан его ароматом — океанской свежестью и терпким цитрусом.