Книга Твой Хозяин из тени, страница 27 – Кира Cherry

Катя выдохнув поспешила к преподавателю. Пока она шла к его столу, он не сводил с неё изучающего немигающего взгляда, что вызвало в ней вспышку волнения. Конечно, Она ожидала от него очередной колкости в свой адрес, ведь недавно ей удалось отличиться не с самой хорошей стороны.Присев на краешек стула, под нажимом его взгляда она с усилием расправила плечи и вытянула билет. Прочитав, она расслабленно выдохнула, победоносно вздернув носик, уверенная в полной правильности своих ответов, предвкушая очередной положительный зачет.

— Билет — 12, — вслух произнесла.

— Слушаю вас, Скворцова, — откидываясь на спинку кресла. — Расскажите мне о рыночном равновесии. Каким образом одна доминирующая сила способна диктовать свои условия остальным, создавая иллюзию выбора?Катя начала говорить, четко формулируя.

— Рыночное равновесие — это состояние, при котором объем спроса... — её голос, по началу дрогнувший, постепенно приобрел уверенность отличницы. — В условиях идеальной конкуренции...

Его мерцающие холодным блеском глаза цепко сканировали каждый вдох, взмах ресниц, движение губ Кати, от чего спина ее покрылась липкими испаринами, а пульс ускорился нервируя шаткое состояние. Она опустила глаза, погружаясь в свои ответы.

— Диктат, Скворцова? — переспросил он, и в его низком голосе проскользнула опасная вибрация. — А разве это не на благо для рынка — иметь одну сильную волю, которая избавляет остальных от хаоса выбора? Разве подчинение сильному не является самым коротким путем к стабильности?

Он смотрел в упор, пригвоздив студентку, как бабочку на булаву, без шансов на спасение. Катя впервые не могла понять смысл его вопроса, точнее допроса. Она попыталась невнятно ответить, смотря куда угодно, только не на него. Сейчас от Волкова исходила невидимая волна губительной силы и всевластия. Скальпельным взглядом он будто расщеплял тело Кати на атомы. Беспощадно. Жестко. С медлительным смакованием.

Терялась она вновь брала себя в руки. Затем следующий вопрос...

— Вы говорите о стабильности, Артем Викторович, но монополия убивает стимулы к развитию, — голос Кати окреп, она упрямо вскинула подбородок, стараясь удержаться в рамках учебной программы. — Без конкуренции рынок....Подчинение одной воле — это путь к деградации, а не к равновесию.

Волков едва заметно сузил глаза. Его бровь изогнулась в вероятном интересе. На его ровных, пухлых губах скользнула улыбка, вызывая у Кати пробежавшую дрожь в ногах. Ступни ее машинально захлопнулись в защитной позе.

— Смелое заявление для теоретика. Тогда ответьте мне — каков механизм...Катя на мгновение замешкалась, вспоминая формулы и начала отвечать, но Волков, с присущим его спокойствием, перебил ее на середине предложения.

— А если цена — это не деньги, Скворцова? Если цена — это покорность? Как меняется кривая предложения, когда субъект готов отдать всё ради сохранения своего статуса-кво?

Волков медленно подался вперед, сокращая расстояние между ними. Его локти легли на стол, а пальцы сплелись в замок. Теперь Катя чувствовала его присутствие почти физически — от него исходило колкое, подавляющее давление и дорогой аромат его парфюма, от чего волоски на шее начали шевелиться, а горло стянуло невидимой плетью.Она на мгновение замолчала, переводя дыхание. В аудитории было так тихо, что слышно было только её голос и мерное тиканье настенных часов.