Книга Твой Хозяин из тени, страница 32 – Кира Cherry

Катя попыталась вытолкнуть из себя протест, но воздух закончился. Волков закрыл ее рот своим поцелуем — сокрушительным, настойчивым и властным. Это не было лаской. Захват. Демонстрация силы. Его умелые губы сминали её, наказывали за дерзость, язык по-хозяйски ворвался внутрь, лишая право выбора, а сжавшая ее шею ладонь застыла в мертвой хватке, не позволяя дышать Кате. Он обрушил на нее всю свою мощь и томившееся желание. Катя чувствовала, как мир перед глазами начинает пошатываться и темнеть, как она зажата в стальной ловушке, яркие мушки расплывали его образ. Её руки сжались на его груди, комкая ткань рубашки в попытке разорвать этот смертельный контакт, поймать спасительный вдох, застрявший в горле. Но его губы упрямо продолжали терзать ее рот и забирать воздух, фиксируя шею, пока Катя отчаянно хватала урывками спасительный кислород, впиваясь пальцами в его кожу, оставляя царапины. Ею овладел чистый животный испуг, паника, она почувствовала жар в теле, как её покидают силы. Вырывающиеся хрипы из зажатого горла он безжалостно забирал, присваивая себе, продолжая поглощать её жалкие попытки вдохнуть. Он бесконечно и грубо терзал ее рот, когда она бессильно стонала в его губы. Пряные. Горячие, мягкие и такие губительные.

— А-а-артем...- хрип вырвался, как мольба, из глаз хлынули слезы.

— Тише-е-е-е, — его шепот вдруг прозвучал над ухом. Он отстранился, ослабив хватку, — а теперь дыши, — прошептал он и в этом затишье было больше угрозы, чем в буре, — запомни, я всё контролирую. Не бойся, просто доверься мне, — кончиками пальцев, вдруг ласково очерчивая линии её шеи, обжигающими губами с особой нежностью ловил ее слезы.Катя с хрипом хватала воздух, сглатывая болезненный ком, прибывая в шокированном состоянии, дрожа всем телом, но ее руки продолжали сжимать его напрягшиеся руки, пока он с невозмутимым видом наблюдал за ее состоянием.

— Вспомни, Снегурка, каждый мой вопрос заданный тебе в аудитории, — низким вибрирующим голосом прошивал насквозь, когда его пальцы планомерно начали расстегивать пуговицы на блузке Кати. — Я лишь освобождаю тебя от контроля, в котором ты погрязла.

Не слушая его, Катя в панике попыталась перехватить его кисти, пальцами путаясь с его, борясь за каждую пуговицу. Но Волков даже не замедлил движений.

— Опусти руки, — вкрадчиво, как доктор успокаивающий пациентку. — Ты уже выпросила наказание, не усугубляй.

Его ладонь, горячая и властная, на мгновение накрыла ее сцепленные пальцы, сжимая с предупреждающей силой. Катя вглядывалась в его глаза, пытаясь понять его...Она медленно разжала пальцы и ее руки безвольно опали вдоль туловища. В голове царил хаос. Она прибывала в полном недоумении. Волков замер в миллиметре от неё, его вздымающаяся грудь почти касалась обнаженной кожи в глубоком вырезе распахнутой блузке. Катя боялась пошевелиться, когда его длинные пальцы стали очерчивать ее напряженные соски, а теплая ладонь мягко легла на талию. Он наклонился и губами коснулся дрогнувшей груди.

— Что ты делаешь?..ты сам говорил одна ночь..., — в опаске прошептала. «Все неправильно. Это противоестественно.» — ловит себя на мысли Катя, когда жар между ног растекается, подобно жидкой лаве.

Но он не ответил. Его губы нежно, почти невесомо целовали ее грудь, очерчивая соски, другой ладонью он ласкал вторую. Это было невероятно бережно и мягко. Это был идеальный контраст, после удушающего грубого захвата и для Кати это было сокрушительным ударом. Её прострелило током от макушки до самых пяточек. Она вздрогнула, затылком вжимаясь в дверь, пораженная тем, как предательски и мгновенно ее плоть отозвалась на его близость.