Книга Цена прощения, страница 55 – Татьяна Катаева

— Как это понимать? — замирает она по середине и уж слишком ядовито смотрит на меня. И пусть Саша стоит в паре метров от меня, мне кажется, она чувствует что-то. Да, в этой студии даже воздух заряжен энергией, которой бьёт, стоит к ней коснуться. — Что здесь происходит?

— Ничего не происходит, — спокойно говорит Александр и возвращается к фотоаппарату. Поднимает его с пола и листает кадры, сделанные со мной. — Мы работаем с Евой.

Работаем...

Да я только что сердце своё чуть не вырвала, так сильно оно рвалось наружу. К нему... А у него ничего не происходит. Боже... Что я тут делаю?! Я сейчас начну плакать, орать, истерить... А у него ничего не происходит.

Я молча поднимаюсь на ноги, хватаю вещи и в ускоренной перемотке начинаю одеваться.

— Ева, мы ещё не закончили, — не глядя на меня говорит. Я же только и чувствую прожигающий взгляд Виты в спину.

— Для меня закончили, — на выдохе говорю. Я тут никто. Вот она его реальность. Его девушка. А я... Просто голая девушка, которая понравилась ему визуально, и ему захотелось ответить на мой поцелуй. Потому что это я поцеловала. Не он...

Я касаюсь нижней губы, которая до сих пор помнит его поцелуй. Нет, это слишком. Я не готова. Я всё та же слабая. Да, есть девушки-воины, которые и в огонь, и в воду ради любви. А я... Я привыкла быть под чьим-то крылом. Чтобы обо мне заботились. Со мной нянчились. Я вовсе не смелая... Я...

Да, я трусиха. И прямо сейчас я отказываюсь бороться. Я вернусь в Нью-Йорк и продолжу своё существование. В этот раз в одиночку. Но я буду строить себя новую. По кирпичику, день за днём. И когда-то... Возможно, когда-то я стану сильной. А пока...

— Спасибо за чудесную съёмку. Фото пришлёшь мне на почту, — хватаю свою сумочку и не глядя на него пытаюсь покинуть комнату. Остался последний штрих: схватить пальто и уйти. Вита стоит в проёме, её руки скрещены на груди, она злобно полирует меня взглядом. Ух... Так смотрит, словно увидела впервые. Больше я не вижу в ней доброты и милоты. Острые скулы, пронзительный взгляд, губы плотно сжаты.

— Ева, — хватает меня за руку Саша. Я не могу к нему повернуться. Не могу. Потому что если я взгляну в его глаза, то клянусь, я умру. Не хочу видеть в них ошибку.

Я. Не. Ошибка.

Наше прошлое не ошибка.

Это было в реальности.

— Ева, не уходи. Давай закончим. Если ты стесняешься Виту, она сейчас покинет студию.

— Я? Да ты охренел, Лисицкий. Я прихожу к своему парню, а он тут с полуголой девицей не понятно чем занимается.

Я прикрываю веки. Хочется выплеснуть всю боль на неё. Хочется дать сдачу. Но я не могу... Нет сил. Я жутко устала что-то кому-то доказывать. В любви не бывает доказательств. В любви всё понятно без слов.

— Вита, это работа. Сколько раз тебе это объяснять?

— Классная работа: пялится на голые сиськи и письки.

Ох, как далека она от мира искусства. Хотя в начале нашего знакомства мне казалось, она так восторгалась талантами своего парня. Хотя, я не могу её судить. Такого красивого парня тяжело не ревновать...

— Вы тут поговорите, а мне пора, правда. Спасибо тебе за отличную фотосессию. Ты талант, — я поворачиваюсь к нему, но в глазах так и не решаюсь посмотреть. Мой взгляд останавливается где-то в районе скул. Всё тех же любимых...

Высвободив свою руку, я схватила пальто и ушла, тихо прикрыв дверь. Эта тишина была секундной, потому что потом, внутри, орало во весь голос подсознание. Оно просило вернуться. Просило рассказать ему правду. Пусть он всё равно не вспомнит, но по крайней мере он будет знать правду. Не будет жить во лжи. Но я не могу.