Книга Цена прощения, страница 31 – Татьяна Катаева

Да и я была в критическом состоянии. Я могла умереть. Хотелось ли мне этого? Да. Я не буду отрицать, что когда открыла глаза, я не хотела больше жить. Мне казалось, что уже нет смысла в моём существовании. Я всё потеряла.

По какой-то дикой случайности, или по проведению самого бога, но со мной в палате лежала молодая девушка, которая училась на психиатра. Она проходила обучение в Нью-Йорке. А в больницу попала с аппендицитом, когда приехала проведать родителей.

Я была в больнице две недели, и все эти дни она не бросала меня. Дарина вытащила меня из собственного ада. Именно с ней я и полетела в Нью-Йорк. Врачи запрещали мне перелёты. Но я не послушала. Дарине нужно было возвращаться к учёбе, а я не могла оставаться одна.

Сейчас Дарина улетела на практику в Швейцарию. Она уже больше четырёх месяцев там. Наверное, из-за того что я осталась одна, я и подпустила Антона ближе. Потому что я не могла больше оставаться одной.

Дарина говорит, что это пройдёт. Что время залечит мои раны. И настанет момент, когда сны станут обычными. Но никто не знает, когда это время настанет. И я не особо верю, что настанет в принципе.

Телефон оживает сообщениями. Я беру его в руки и ахаю, то ли от ужаса, то ли от удивления.

°380...° "Привет. Это Вита. Извини, что сама набиваюсь, но Саша просил передать приглашение. Ждём вас завтра, по адресу..."

Второе смс от Антона. Но я даже не открываю его. Бросаю телефон и резко хватаюсь обеими руками за шею. Массажными движениями сжимаю её.

Саша просил передать.

Саша.

Саша.

Саша.

Перед глазами само приглашение. Оно довольно таки откровенное. На нём обычное фото и надписи. Ну как обычное... Фото голого живота девушки. Плюс грудь, которую девушка сжимает руками, закрывая соски.

Я даже не замечаю, как начинаю ходить по комнате. Туда-сюда. Туда-сюда. Что мне делать? Как быть?

Вита — это та самая девушка, которая открывала мне тогда дверь. Я только сейчас это поняла. Значит их отношения длятся уже давно. Меня он заменил ей. Надо оставить их в покое. Не ворошить прошлые раны. Не трогай улей с пчёлами, если не готов быть искусанным. Да и нечестно с моей стороны лезть в их отношения.

ОН МЕНЯ ЗАБЫЛ!

Разве это не достаточный предлог, чтобы отпустить его? Чтобы не мешать. Не лезть. Я ведь этим делаю Антону больно. Он не заслужил. Он единственный знает о ребёнке. Он поклялся, что никогда не расскажет моим близким. Он дал слово. И пока он держит его, я не могу его предать.

Принимаю душ и спускаюсь в гостиную что-то перекусить. Уже двенадцать часов, и я надеюсь, что дома никого нет. Но увы. За столом папа пьёт кофе и читает газету. Мама суетится возле холодильника. Катя нарезает овощи. Эльдар смотрит в окно.

Вся семья в сборе. Меня что ли все ждут?!

Я прижимаюсь плечом к дверному косяку и набираю в лёгкие побольше воздуха. Знаю, это не придаст мне сил, но я хотя бы попробую.

— О, дочка. Доброе утро, — первой замечает меня мама.

— И тебе, мама, доброе. Только оно далеко не доброе, — на выдохе говорю и снова набираю в лёгкие воздух.

— Привет, — говорит Катя, но я ей не отвечаю. В прошлом я её обожала, как и брата. Сейчас... Тут и так всё понятно.

— Что случилось, родная? Тебе не понравилось вчера в ресторане? Это же твой любимый.

— Почему же? Очень понравилось. Мы встретили старых знакомых там.