Книга Два чуда для майора Северова, страница 8 – Лена Лорен, Алиса Вебер

— А ты? Без тебя мне будет еще холодней, — проворковала она, растянув сочные губы в улыбке.

Эх, так бы и впился в них. Так бы и смял ее фигуристое тельце в своих руках, да разложил бы на своем новом столе.

Да вот только настроение у меня было ни к черту.

— Слушай, тут дельце одно нарисовалось. Срочное. Я смотаюсь быстро и вернусь.

Обычно эта фраза действовала безотказно и служила мне любимой отмазкой, когда надо было избавиться от особенно прилипчивой особи женского пола.

— Прямо сейчас? — расстроенно заканючила она. — А как же я?

— А я мигом вернусь, — соврал на голубом глазу, чтобы побыстрее от нее отвязаться.

Не до шашней мне сейчас было, хотелось подумать наедине с собой. В шумном ресторане не дали бы этого сделать.

— Ты уж постарайся, — она прильнула ко мне и прошептала на ухо таинственно: — Иначе твой сюрприз достанется кому-то другому.

— Вот умеешь же ты заинтриговать, — подмигнул ей, проводил до ресторана, где праздник был в самом разгаре, обменялся парой фраз с Инной, чтоб тоже меня не забывала, а потом вызвал такси.

И поскольку в версию про отцовство я всё же не поверил и вообще счел ее абсурдной, со спокойной душой сел в машину и отправился домой. А там, глядишь, и настроение вернется. Кто знает, может, и не один эту ночь проведу.

Да что я, в самом деле, расклеился-то, как баба какая-то!

Вынул из кармана куртки телефон, провалился в телефонную книгу и прокрутил до буквы “И”. Номера Инны и Инги соседствовали друг с другом. Оставалось только решить, кто из них двоих выносливей да пораскованней. Велик риск, что сегодня я буду ненасытен во всех чертовых смыслах. А на сюсюканье терять время совсем не хотелось. Лучше потратить его на вещи куда более приятные.

Выбор был сложнее, чем я себе представлял, поэтому решил действовать по старинке:

— Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана. Было за окном темно, следствие возбуждено, — счет закончился на Инне, и я даже чутка подрасстроился. Не вывезет же меня скромняжка.

Но против судьбы не попрешь, как говорится, а против считалки и подавно. И только я решился нажать на вызов, как телефон разразился звонком.

— Платох, ну ты вот вообще не вовремя, — ответил я брательнику резко, и, как назло, в памяти всплыл образ этой Эли и ее двух орущих комков. — Слушай, а ты, случайно, не знаешь, могли ли мое семя, ну чисто теоретически, дать какой-нибудь левой бабе?

— О как, — протянул Платон. — Чисто теоретически могли. Если ты не поставил галочку.

— Какую, к черту, галочку? — начал я закипать.

— Простую такую галочку, птичку. Напротив пункта, где говорится, что ты не желаешь становиться анонимным донором.

— Ты ставил?

— Ну конечно же, ставил, — возмутился братишка.

И тут я подзавис, пытаясь вспомнить, как выглядел договор, который я подписывал в медицинском центре перед сдачей материала. Да я в глаза даже не видел эти гребаные галочки. Сдал по приколу семя и подписал договор, так же как брательник, не глядя.

— А ты чего не предупредил-то меня о подводных камнях! — наезжал я на Платоху, злился непонятно на кого.

— Ну глаза же есть. Ты мент или кто, в конце-то концов? Должен был сам убедиться в наличии или отсутствии подводных камней, — тыкал меня носом, словно котенка.

— Черт! — прорычал я, саданув кулаком по колену.