Книга Мой босс: Искушение соблазном, страница 91 – Яна Марс

— Опять? — с тоской подумала она. — Но я же ничего не ела с вечера.

И тут в ее сознании, медленно и неохотно, начала вырисовываться другая картина. Слабость. Тошнота на пустой желудок, особенно по утрам. Непереносимость резких запахов. Отвращение к еде, которая раньше нравилась.

— Ротавирус, — с почти облегчением подумала она. Да, скорее всего оно. Наверняка подхватила в такси или в лифте. Зараза неприятная, но не смертельная. Пройдет за пару дней.

И тут же ее обуяла новая, леденящая паника.Марк!Он был рядом с ней перед отъездом, целовал ее, ухаживал, его лицо было так близко. Если это заразный гастроэнтерит… Он сейчас в Гонконге, на самых важных переговорах в своей карьере, где нужна абсолютная ясность ума, железная выдержка и полный контроль. Если его настигнет такая же жестокая, внезапная тошнота посне встречи… Последствия для сделки, для его репутации, для всего, чего он добивался, могли быть катастрофическими. Он ненавидел терять контроль, а болезнь — это тотальная его потеря.

Сердце ее заколотилось в животном страхе. Она схватила телефон, лежавший на полу рядом с диваном. Экран был усеян уведомлениями из соцсетей, но ее взгляд сразу выхватил два сообщения от него.

Первое, с пометкой "6 часов назад":

"Приземлились. Сейчас на встречу. Скучаю до боли. Держись, моя девочка".

Второе, с пометкой "3 часа назад":

"Все под контролем, но адски сложно. Только что отвлекся — подумал о тебе. Привезу целый чемодан подарков. Выздоравливай".

Она перечитала сообщения несколько раз, и по ее телу разлилась волна жгучего, почти болезненного облегчения. Он был в порядке. Он работал. Он справлялся. Он скучал. Он не жаловался на недомогание, ни единым словом. А он бы обязательно сказал, предупредил, извинился бы за возможные задержки. Его педантичность и ответственность были абсолютны.

Значит… Значит, это не ротавирус. Не заразно. Совсем она со своими переживаниями перестала заботиться о себе. Вот организм и начинает сдавать — как когда ее постоянно тошнило перед сдачей диплома.

Она медленно, стараясь не делать резких движений, села и ответила ему, пытаясь скрыть свое беспокойство за легким, почти игривым тоном:

"Все в порядке)) Продолжаю разбор завалов. По тебе тоже безумно скучаю. Жду возвращения и свои подарки! Не переработай там".

Отправив сообщение, она с глубоким вздохом поднялась на ноги. Нужно было двигаться, заканчивать начатое. Она подошла к стопке книг и стала перекладывать их в коробку, отбирая те, что возьмет с собой, и те, что отправит на помойку. Но мысли путались, отказываясь сосредоточиться на простом механическом действии.

Новая волна тошноты накатила внезапно, уже не как дурнота, а как мощный, физический позыв. Она сглотнула слюну, закрыв глаза, но это не помогло. Пришлось снова броситься в сторону санузла.

Через пару часов должен был приехать водитель, чтобы забрать ее и последние коробки в пентхаус. Решение остаться здесь на ночь теперь казалось ей глупой и наивной попыткой убежать от реальности. Реальность догнала ее здесь, в этих стенах, и настигла с безжалостной точностью.

— Надо привести себя в порядок, — прошептала она, поднимаясь с дивана. Тело было тяжелым и непослушным.

Она побрела в ванную, надеясь, что холодная вода прояснит сознание. Комната была почти пустой — полотенца, шампуни, вся ее привычная косметика уже перекочевала в пентхаус, в его идеально организованное пространство. Оставалось разобрать последний, маленький шкафчик над раковиной, потайной уголок, куда она когда-то сваливала разные мелочи, до которых никогда не доходили руки. Механически, почти на автопилоте, движимая желанием покончить с этим местом раз и навсегда, она открыла его. Внутри лежали запасные зубные щетки в упаковках, несколько маленьких пробников духов, пачка новых лезвий для бритвы, засохший флакон лака для ногтей и…