Книга Развод. Испеку себе любовь, страница 29 – Яна Марс

Сергей Петрович, привыкший к тому, что пекари ревностно охраняют свои секреты, был приятно удивлён. Он качал головой, делал пометки в своём планшете и давал советы по температуре и времени выпечки. Он видел в ней не просто упрямую предпринимательницу, а вдумчивого технолога, который хочет докопаться до сути. И Аля, впитывая его знания, понемногу начала чувствовать себя не авантюристкой в чужом цеху, а настоящим профессионалом, чьё оружие — это не только упрямство, но и понимание каждого винтика в сложном механизме её растущего бизнеса.

Порой, урывками засыпая на мамином диване, Аля ловила себя на мысли, что без Вики она бы давно сорвалась. Мысленно она возвращалась к подруге с чувством теплой, почти невыносимой благодарности. Вика не просто помогала — она перевезла сюда свою жизнь, бросив московскую съемную квартиру и бойкий ритм столицы. Теперь она ютилась в той же хрущёвке, на раскладушке в гостиной, терпя ворчание Маргариты Вениаминовны, которая то и дело качала головой:

— Две дурочки, одна другую стоит. Хлеб — он и в Африке хлеб, а вы тут империю строить вздумали!".

Но Вика лишь отмахивалась, её рыжие кудри разлетались в стороны.

— Ты не понимаешь, тётя Рита, это же катарсис! — смеялась она. — Я как раз с тем брокером своим порвала, который всё про "инвестиции в общее будущее" твердил, а сам в телефоне с подружками переписывался. А тут — реальное дело. Я негатив вымещаю, так еще и сколько треда физического — никакой фитнест не нужен. Ретрит на Бали отдыхает!

И правда, девушка проводила рядом с Алей всё время, превращая её борьбу в захватывающий сериал для своих подписчиков. Лишь раз она сорвалась на пару дней в Москву — на съёмки для рекламы косметики, — но уже через пару сутки писала: "Соскучилась по нашему мучному царству!". И на следующее утро была на пороге маминой квартиры.

И что удивительно, её аудитория, привыкшая к блеску столичной жизни, только радовалась такой резкой смене декораций. В комментариях пестрели восторженные отклики: "Жиза! Настоящая дружба — это про вас!", "Как же круто, что вы поддерживаете подругу не словами, а делом!", "Вик, ты наконец-то нашла свой настоящий контент — он пахнет хлебом!". Эта поддержка из цифрового пространства становилась ещё одним кирпичиком в стене, которую Аля с таким трудом возводила против всех бурь реального мира.

Однажды вечером, когда они на кухне разбирали очередную партию посуды после пробной выпечки, Вика, понизив голос, чтобы не слышала ворчащая перед телевизором в гостинной Маргарита Вениаминовна, лукаво подмигнула Але:

— Слушай, а ты вообще смотришь по сторонам? На нашего инвестора, например? — она внимательно посмотрела на Алю. — Мужик-то что надо. Не то что некоторые экс-супруги. И смотрит на тебя так... по-деловому, конечно, но с искоркой.

Аля чуть не выронила тарелку от неожиданности.

— Вить, что ты несешь! — прошептала она в ответ, чувствуя, как по щекам разливается краска. — У меня в жизни сейчас столько всего происходит, что даже думать об этом... преступно. Цех, долг, Соня... Мне бы со всем этим справиться.

Но позже, лёжа в темноте и глядя в потолок, слова подруги отозвались в ней неожиданным эхом. Она стала перебирать в памяти последние недели. И с удивлением осознала, сколько всего Артём для неё сделал. Он не просто вложил деньги. Он выкупил цех, чтобы дать ей стабильность. Нашёл и нанял технолога, чтобы снять с неё техническую нагрузку. Взял печи в лизинг, чтобы сохранить оборотные средства. Он вникал во все детали — от норм СанПиНа до просушки склада. Он вёл себя не как холодный инвестор, ждущий дивидендов, а как... партнёр. Оплот в её хаотичном мире. И впервые за долгое время в её перегруженной заботами голове мелькнула не просто благодарная, а тёплая, смущённая мысль: "А ведь он и правда... многое делает. И не только для бизнеса. Он будто хочет мне помочь… мне, как Але. Не бизнес-партнеру, а человеку".