Книга Няня для олигарха, страница 75 – Элен Блио

Да, фиктивные. Просто мне нравится Маруся, она хороший человек, не хотелось бы ранить её чувства.

— Марья, сегодня вечером мы идём в театр, ты же помнишь?

— Это обязательно?

— Не понял? — да что случилось-то? Уже начинаю злится.

— Ну… к вам приехали отец и дед, а вы оставите их на вечер? Может, имеет смысл остаться? Перенести…

Перенести? Интересно, зачем? Чтобы вечер сидеть дома? Семейные посиделки? Но у нас так не принято.

Может потому, что семьи нормальной уже нет?

Когда были живы мама и бабушка — всё было. Увы. Мы их потеряли.

Мачеха — это совсем другая история. У неё другие приоритеты. Она скорее поедет на вечеринку, чем устроит семейный ужин с разговорами.

С одной стороны, я бы с удовольствием побыл с дедом, мы давно не говорили. А есть о чём. Да и с папой.

Хотелось бы задать ему вопрос, знает ли он об этой… Эмилии. Или не стоит?

Но мы с Марьей не можем сидеть дома просто потому, что нам нужно больше бывать в обществе, чтобы все поверили в нашу страсть.

Чёрт. Как-то это звучит.

Ужасно это звучит, Дюжев. И вообще, вся эта ситуация идиотская. Надо бы прекратить фарс. Но я не могу.

Смотрю на Марусю и почему-то понимаю — и не хочу. Пока есть возможность с ней целоваться. Я как мальчишка. Подросток в пубертате, которому первая девчонка разрешила потрогать.

Идиотизм, блин. Но это так.

— Марусь, мы, конечно, можем остаться дома, но… давай лучше поедем. Спектакль хороший. Театр, который я очень люблю.

— Вы… ты… если хочешь, можешь пойти, ну… с тем, с кем тебе интересно. А я… я могу в машине подождать.

— Что? — а вот сейчас я не понял.

— Ну… тебя же ждёт… Вика.

Так. Это что еще такое? Откуда она знает про Вику?

И… она что, ревнует?

Зачем я сказала? Зачем я сказала?

О, чёрт!

«Шьёрт побьери», как сказала бы бабуля.

Блин, это же такое палево! Сразу все ясно.

Прямо чувствую, как щеки наливаются краской.

Знаете, как в мультиках. «Том и Джерри». Раз — и лицо кота словно стакан, который наполняют алой жидкостью.

Вот и у меня так.

— Простите, — тут же пытаюсь исправить положение. — Извините, Иван Серканович, то есть… Данилович, я не хотела, я… Боже, простите.

Закрываю лицо руками.

Хочется сквозь землю провалиться. Умереть.

Эпичный фейл — кажется, сейчас это так называется. Полный провал, если перевести с новомодного на русский.

Хочу сбежать, но мне не удаётся.

Сильный руки хватают меня за запястья и тащат куда-то.

Недалеко. В какую-то комнату, ближайшую. Там почему-то темно.

Кладовка?

— Маруся…

— Я… я… я просто…

— Хватит!

И он меня опять целует. Властно и жадно. И… как-то совсем по-настоящему.

Или это мне так ощущается?

Ну, то есть и раньше было по-настоящему, но я-то знала, что это всё фиктивно, да?

А в этот раз. Как бы по-настоящему, по-настоящему. То есть реально.

Реально он, Иван Дюжев, руководитель «Дюжев-групп» целует меня, Марусю Васильеву.

Именно меня.

Именно он.

Но поняв это я начинаю вырываться. Да! Потому что… потому что не знаю, почему так. И зачем он это делает.

И мне не нравится, что меня целует мужчина, у которого есть какая-то там Вика.

— Марья, прекрати. Перестань. — шепчет мне в губы, — чёрт, успокойся, пожалуйста.

Он вжимает меня в стену, держит руки, над головой, всем телом прижимается, и я чувствую… ох-ох, ничего себе, я чувствую!