Книга Золушка XXL для отца-одиночки, страница 37 – Ксения Маршал

Ну вот как на них сердиться или хотя бы воспитывать в строгости? Невозможно же.

— Ладно, — глажу две теплые спинки. — Давайте дома начнем с исправительных работ. Может, это задобрит вашего папу, и он не станет сильно ругаться, — предлагаю, вздыхая.

А у самой сердце не на месте. Как там Хрусталев? И не наделает ли он страшного с Васькой? Благополучие бывшего меня нисколько не беспокоит, а вот моральный облик Демида отчего-то — очень.

— Ай! — роняю беспроводной пылесос, которым прибиралась в гостиной. Дорогой, наверное…

Слезы на глаза наворачиваются, из рук все валится. Потому что мы с близнецами уже два часа дома, а Хрусталева все нет! В детской идеальная чистота, ванны, раковины и зеркала начищены, и даже королевская ватрушка подрумянивается в мудреной современной духовке.

Трудотерапия возымела положительный эффект, и братья клятвенно пообещали больше никогда не драться. С незнакомцами — важный нюанс. Внутри семьи эти смышленые ребята оставили себе право разбираться при помощи физической силы. Может, никудышный из меня педагог, но я сочла сие маленькой победой и согласилась.

— Наштя, ну папа сколо? — начинают все чаще канючить дети.

А я и позвонить ему не могу! Нет у меня телефонного номера Демида Анатольевича. Как-то этот момент мы с ним упустили из вида. Да и он тоже хорош! Отпустил детей с едва знакомой девицей, ключи от дома всучил и сам не торопится. А если я маньячка? Ну всякое же в жизни бывает.

Я умудряюсь так сильно себя накрутить, что к моменту, когда Хрусталев, довольно ухмыляясь, появляется в дверях, встречаю его со скалкой в руках. Прямо как каноническая уставшая женушка из паршивых анекдотов. Усугубляется ситуация тем, что Демид держит в руках довольно пышный букет и двух плюшевых медведей.

Так и тянет прикрикнуть ядовито: «явился!»

Но меня опережают дети.

— Ула-а-а-а! Папа велнулся! — два маленьких урагана врезаются в ноги Хрусталева, и каждый обнимает свою.

— Мы боялищь, што тебя заглебли, — поднимает личико Стас. В огромных глазищах испуг, смешанный с облегчением.

— Как видите, со мной все в порядке, — смеется Демид. Ставит медведей на пристенную консоль и треплет близнецов по макушкам.

— Ты вошпользовался услугами адвоката? — на манер строгого родителя интересуется Егор.

— Что-то типа того, — мой начальник уже откровенно ржет, и даже меня как будто отпускает.

Дети тем временем продолжают:

— Пап, ты плошти нас, пожалуйста, — винится Стас, и Егор подхватывает:

— Пап, плошти, мы больше не будем глуппой лиц по пледвалительному жговолу…

Замечаю, как брови Демида невольно ползут вверх. Ловлю на себе ироничный взгляд. Откашливаюсь, прочищая горло. Поясняю тихо:

— Это… это отягчающее обстоятельство. За него наказание суровее дают. Но знаете, за драку в публичном месте ребята уже получили несколько часов исправительных работ. Собственно, ими мы и занимались, — под конец я совсем лишаюсь голоса.

Вдруг собственные затеи такими дурацкими кажутся. Нелепыми. И я сама нелепая в попытках воспитать чужих детей, лавируя между их пристрастиями и тем, что правильно. Вот выскажет мне все Демид Анатольевич, и будет прав, между прочим!

— Ясно, — Хрусталев поджимает губы. Со стороны выглядит так, будто ему смешно. Но это же не может быть правдой! Скорее всего он жутко недоволен, а мне просто чудится на нервной почве. — Избивать кого-то и в самом деле нехорошо, тем более группой. С другой стороны, парни на защиту женщины встали. Было бы хуже, если бы они мимо прошли.