Книга Золушка XXL для отца-одиночки, страница 19 – Ксения Маршал

— Не знаю. Больно, — жалобно.

— Плохо. Если что-то серьезное, придется больницу ехать, — качает головой. — На костылях за близнецами особо не побегаешь. А знаешь, Пчелка, мне вот тебя совсем не жалко. В следующий раз сперва думать будешь.

— Ну вот и идите отсюда! Сама разберусь, — почему-то до глубины души обидно становится…

* * *

Хрусталев

Нет, это не Пчелкина, это катастрофа какая-то! На первый взгляд ничего особенного: таких неприметных по улицам тысячи ходят. Но стоит только присмотреться, как замечаешь эти огромные синие глаза и больше не можешь в них не заглядывать при каждом удобном случае. Нежную кожу, идеально ровную без всяких ухищрений с тонной косметики. Ладную фигуру с приятными округлостями во всех положенных местах. Может, я и извращенец, но никогда не тащился от сушеных вобл, у которых одни кости без мяса. Там ведь даже подержаться не за что.

С детьми опять же Пчелка справляется на ура. А к моим близнецам совсем нелегко подход найти. Все дипломированные няни с тоннами регалий отказывались, так как их проверенные годами и наукой методы на моих детях не работали. До сегодняшнего дня я был уверен, что справляться с Егором и Стасом могут лишь двое: я и моя мать. Однако, залетная нелегальная горничная смогла меня удивить. Ясное дело, я не упустил шанс.

Подумаешь, небольшой шантаж и последующий подкуп. Приходилось делать вещи и похуже. Зато теперь, пока мать в отпуске, одной головной болью меньше. В целом я доволен. Анастасии удалось уже в первый вечер справиться с близнецами, вымыв их и уложив спать. Без скандалов, без угроз и постоянного паломничества: попить, пописать, покушать и так по кругу. Так что в профессиональной пригодности Птичкиной сомнений не имеется.

У нее только один недостаток: моя новая няня отбитая на всю голову. Вообще не предугадать, какие мысли крутятся в ее прекрасной, но полной тараканов голове. Отчебучивает она похлеще любого пьяного деда на вечеринке. Вот и сейчас зарядила мне в нос, благо не сильно, а сама рухнула на пол, крутанувшись. Зачем — вопрос риторический. Разве так сложно было дождаться, пока я положу ее на кровать?

Я ж не маньяк, безо всякой подоплеки ее нес. Видно же, как вымоталась к ночи. И что-то исконно мужское внутри взыграло, захотелось по-рыцарски поступить. А может ее тонкий терпко-медовый запах подействовал. Напомнил детство, деревню, ту особенную беззаботность, приправленную абсолютным железобетонным ощущением счастья.

Впрочем, неважно. Пчелкина не оценила. Вот теперь и хнычет, сидя на полу и демонстрируя поврежденную коленку. А ножки, надо сказать, у нее что надо. Эдакий бонус мне за страдания. И если она надеется, что я благородно не воспользуюсь случаем, то пускай держит карман шире. Я не такой идиот, чтобы игнорировать подвернувшиеся возможности.

— Жить будешь, красавица, — резюмирую. — А если сейчас намажем мазью, то еще и без боли. Так что я за аптечкой, а ты снимай колготки, Пчелка.

«В смысле, снимай колготки?» — возмущенный крик застревает в горле. Потому что Демид Анатольевич, демонстрируя широкую спину удаляется. И не в закат, как я бы могла помечтать, а всего лишь за аптечкой.

— Ага, щас, разбежалась! — цежу раздраженно себе под нос.

В этом доме я обязана с детьми управляться, а не выполнять абсолютно все требования ненормального хозяина. Особенно — такие, с раздеванием связанные! Так что фигушки этому Хрусталеву. Пускай каких-нибудь эскортниц за коленки трогает, а я девушка честная и свои конечности кому попало позволять лапать не собираюсь!