Онлайн книга «Золушка XXL для отца-одиночки»
|
И какая муха его укусила, спрашивается? С детьми все в порядке, я перед глазами не маячу, отдыхал бы себе спокойно, но ему отчего-то неймется. — Боже упаси, надорветесь еще, — язвлю в ответ. Нет, Демид, конечно, в прекрасной физической форме и, уверена, в самом расцвете сил, но я-то девочка не маленькая. Таких, как я, далеких по форме от неземных фей, не носят на руках. Васька, мой бывший женишок, так и сказал когда-то: — Вот вылезет у меня грыжа, ты ее лечить будешь? А я всего-то и предложила сфотографироваться в романтичной позе: зимний вечер, снегопад, желтый теплый свет от уличного фонаря, и он держит меня счастливую на руках. Всего один кадр. Надо было еще тогда все понять про него и бросить первой. Скольких бы бед избежала… — Ты на что это намекаешь, Пчелкина? — рычит вдруг совсем рядом со мной Хрусталев. Пока я была занята воспоминаниями про бывшего гада, Демид каким-то образом умудрился пересечь комнату, и прямо сейчас нависает надо мной, опасно сверкая темными, сощуренными глазами. — Хочешь, сказать, что я немощный? Не успеваю ничего ответить. Рывок! — и я, едва удержав визг внутри, уже на руках у нового работодателя. Зажимаю рот обеими ладонями, чтобы не выпустить ни звука и не разбудить близнецов. Он рехнулся, а? Я же не просила тягать меня! Надо же, какие мужчины чувствительные пошли, слова им неосторожного не скажи… — Пустите меня немедленно! — шиплю где-то возле мужского уха, пока меня выносят из детской. Оборачиваюсь на малышей. Егорка и Стас сладко сопят в своих кроватках, заставляя умиляться и вместе с тем недоумевать, каким образом у такого ужасного человека, как Демид Хрусталев, получились такие чудесные дети? Может, они не от него? К счастью, последний вопрос мне хватает ума не произнести вслух. — Это мой дом, и только я тут решаю, что кому делать и когда, — угрожающе отзывается «хозяин». При этом так легко шагает, неся меня, по коридору, что за его грыжу я как-то не боюсь. Ну нет у меня страха и переживаний за здоровье Демида — вон бычара какой. На нем пахать только. — Поэтому закрой свой прекрасный ротик и не усугубляй. Я и так раздражен тем, что вместо того, чтобы спать, я вынужден всяких безалаберных девиц по кроватям растаскивать. Всяких! Слышали, да? — А вас никто и не просил, между прочим! — складываю руки на груди, оскорбленная в лучших чувствах. Стараюсь не вдыхать особенно глубоко. И без того аромат Хрусталева — дым, ром, ваниль и корица — пропитал все мое существо. Кажется, Демид уйдет, а его запах останется навсегда на мне. Как и его тонкие морщинки в уголках глаз, на которые я почему-то не могу не смотреть — в памяти. Темная щетина, нос с небольшой горбинкой, полученной явно в результате какой-то травмы. Как и ощущение невероятной силы, которой переполнен этот пугающий мужчина. И вот зачем мне это все, а? Лучше бы я спокойно в кресле спала… — Пчелкина, — он заносит меня в темную комнату. Приглушенный свет из коридора едва обрисовывает силуэты мебели. Близость Хрусталева начинает ощущаться в разы острее, у меня под кожей как будто все наэлектризовывается. — У тебя нет права ни о чем просить, только выполнять мои приказы… — А не слишком ли вы… — я перебиваю возмущенно, но Демид не дает договорить: — И если ты сейчас не заткнешься, я сам закрою твой ротик самым действенным из возможных способом. Уяснила? Кивни, если да. |