Книга ( Не ) вспоминай меня, страница 76 – Екатерина Котлярова

Не разрешаю себе думать о плохом. Несмотря на чёрную полосу, так долго тянущуюся в моей жизни, я увидела свет. В мою жизнь вернулся мой заботливый и любимый мужчина, а вместе с ним и воспоминания. Нашёлся донор там, где совершенно не ждали. И самое главное, появились деньги на операцию.

Я вспоминаю о том, что за беготнёй и переездом в новую больницу, совершенно забыла позвонить Мирославе. Эту неделю она каждый день была со мной на связи, несмотря на то, что у неё у самой хватает трудностей. Девушка не раз приезжала в больницу, чтобы поддержать. Привозила игрушки для Влада, хотя передать их пока нет никакой возможности.

Я робко и несмело общаюсь с ней, до ужаса сильно боюсь, что вновь ошибусь и обожгусь. Что на мою искреннюю заинтересованность не ответят взаимностью.

У меня появилась подруга в деревне, как я тогда полагала. Соседка Ромы. Озорная рыжеволосая девушка. Агата. Весёлая, смешливая, открытая. Она часто присоединялась к компании друзей Ромы.

А я не видела в этом ничего крамольного. Рассказывала ей про наши отношения без задней мысли. Мы ведь подруги. Это нормально.

А потом неприглядная правда обрушилась на меня, как ледяной дождь в знойный день.

Восемь лет назад

Александра

Я вывешиваю бельё на заднем дворе на верёвку, проверяю, чтобы прищепки крепко его держали. Сейчас сильные ветра, один раз у меня уже унесло мой свитер, который остался от прошлой жизни.

Через забор я вижу Агату, которая выходит из дома нарядная. В коротких шортах, высоких сапогах и короткой курточке. Её красивые рыжие волосы уложены небрежными волнами. Лица я не вижу, потому что девушка роется в сумочке.

Хочу её окликнуть и помахать, но замечаю, что к ней подходит незнакомая мне девушка. Я всего пару раз её видела в магазине, но тёплых чувств она не вызвала. Скорее отторжение и неприязнь.

Слишком пренебрежительно она смотрела. Слишком высокомерно поднимала подбородок.

Я не знаю почему, но я резко присаживаюсь на корточки и так ползу к забору.

— Ну что там? Твой ещё не бросил эту моль? — спрашивает пренебрежительно девушка.

Щёлкает зажигалка. Сквозь маленькую щель в заборе я вижу девушек.

— Нет, Лид. Всё так же носится с этой городской сучкой, будто свет клином сошёлся. Что он в ней нашёл? Ни рожи, ни кожи. Худая, как щепка. Груди нет. Даже задница отсутствует. А он смотрит на неё так… Тьфу! Сука! И чего припёрлась сюда. Чего ей в своём городе не сиделось? Я узнала, у неё мать богатая. Особняк свой. Сеть ресторанов по всему городу. Эта сука родилась с золотой ложкой во рту, а сейчас в говне руками копается.

— Дура, что тут сказать, — пожимает плечами собеседница.

— Я думала, что Рома просто городской увлёкся. Думала, погуляет и обратно ко мне вернётся, будто ничего не было. Ну расстались. Друзьями. Я была уверена, что прискачет ко мне, высунув язык. А он…

— Ну так напои и в койку затащи. В чём проблема? Потом этой фотки скинь.

— Не получается. Думаешь, я не пробовала? Он эту моль с собой всюду берёт и на шаг от неё не отходит. Она не пьёт. А Рома ей потакает. Курить бросил. Пить тоже. Таким правильным стал, что тошно становится.

— М-да.

Я замерла, прижавшись щекой к прохладным доскам забора. Сердце колотилось где-то в горле, заглушая шум ветра. Ноги затекли, но я не двигалась, боясь издать хоть малейший звук.