Книга Развод. Без оглядки на прошлое, страница 79 – Диана Ярина

Откровенно говоря, меня аж в холод бросило, когда я вспомнила последние роды с осложнениями и то, как тяжело мне потом приходилось восстанавливаться, как сложно это было…

— Тело не молодеет, Захар. Я понимаю, тебе хочется обмануться, и мне временами — тоже. Все эти процедуры красоты, антивозрастные средства… Все, чтобы задержать время или хотя бы немного замедлить приход старости. Но ресурс все равно истощается. В народе бытует байка, мол, после беременности организм женщины обновляется. Но это лишь миф, вымысел! В реальности беременность выкачивает из тебя все силы. И это говорю тебе я, как мать, которые выносила двоих детей! Есть и многодетные, но я, честно говоря, не готова становиться матерью в таком позднем возрасте, — призналась я. — Только если ты не планировал завести розовощекого пупса на стороне, от молодой любовницы. Расстроился, что Ника не родит тебе ребенка?

— Типун тебе на язык, Нина. Нет. Я не планировал детей, но сам факт того, что еще недавно ты имел возможность делать детишек, а сегодня — уже нет. Где гарантия, что завтра меня не разобьет импотенцией или вообще параличом? Я тогда здорово загнался. Все навалилось в кучу.

— И вместо того, чтобы поделиться со мной, ты вот что решил.

Я не стала говорить, что это было глупо и неоправданно.

Толку от этого было никакого…

Но я попыталась себя поставить на его место. Вдруг у меня бы развилась миома, опухоль… Вдруг бы я лишилась матки или яичников? Как бы я тогда себя повела?

Знаю женщин, которые на этом фоне реально слетали с катушек… Остро и болезненно переживая эти моменты.

Может быть, и мужчины переживают подобное, когда у них случается что-то по их части? Но говорить об этом? Признаваться, показывать свои переживания — значит признать себя слабаком!

Это не по-мужски, так принято.

Мужчины же не плачут, не испытывают сомнений и действуют решительно. Нас так учат…

Мы сами говорим сыновьям: «Не плачь, ты же мальчик! Мужчина…»

И вот потом, однажды это может перерасти в подобное.

Перекосить, перевернуть…

Как же сложно, и я честно сказала:

— Я бы не хотела оказаться на твоем месте, Захар. Спасибо за разговор. Лучше поздно, чем никогда… И ты не прав насчет одного: в ненависти жить не легче. Она пожирает сильнее, чем тоска и страх за любимых. Ты ошибся.

— Я ошибся, — соглашается. — За это и придется поплатиться. Надо же, как иногда быстро прилетает бумеранг, буквально сшибает с ног.

— Есть еще один момент. Ты с чего-то решил, что я буду рада стать хранительницей семейного бюджета. Ты упрекнул меня, что я не умею отпускать, но сам хочешь держать все под контролем. Переложив на меня эту обязанность, ты сохраняешь иллюзию контроля. Не доверяешь детям. Считаешь, что они способны все потратить, испортить! Ну и что с того?

— Как это?!

— Вот так. Мы не вечны. На том свете нет карманов, Захар. С собой ничего забрать не получится. И подсказать, как действовать правильно, тоже. Если мы все время будем стелиться у их ног соломкой, чему они сами научатся? И как будут жить, когда нас не станет? Знаешь… Вся эта ситуация здорово нас всех встряхнула и показала слабые, уязвимые места. Мы любим детей и… иногда даже залюбливаем их. Суетимся, все время хотим быть рядом. Желая помочь, невольно балуем так, что они, из страха потерять протекцию более сильного и властного родителя, способны пойти на предательство.