Книга Развод. Без оглядки на прошлое, страница 27 – Диана Ярина

— Твоя сноха скоро здесь все переделает. С молчаливого одобрения сыночка. Тебе кто только в душу не плюнул, а ты… Сидишь и обеспечиваешь им уют. Нравится страдать?

— Все, хватит!

Я сердито бросаю на землю небольшие грабельки и срываю с перчаток.

Работа с цветами меня успокаивает, я обожаю с ними возиться. Не думала, что это можно принять за слабость… Как будто страус голову в песок спрятал.

Так, выходит?

— Постой, Аль. Хватит на меня браниться. Кто-то звонит.

Дочь…

Медлю перед тем, как ответить.

Раньше отвечала без раздумья, но сейчас…

Я не спешу поднести телефон к уху.

В сердце все еще звенит боль от их поздравлений и улыбок, поцелуев, сердечных объятий.

Как они поздравляли меня и мужа…

Знали правду и… молчали.

— Не отвечай. Сбрасывай.

Но я все-таки подношу телефон к уху.

— Алло.

— Мам? — настороженно спрашивает Света, и в ее голосе я слышу тихую вину и стеснение. — Мам, как ты?

Как ты?! И это все, что смогла выдавить дочка.

Тихо, как мышка.

Гораздо громче сопит носом, как будто сейчас разревется.

Раньше ее слезинки вызывали у меня целую бурю. Я была готова разорвать любого, кто обидел мою любимую девочку, но сейчас ситуация поменялась, и я… вдруг оказалась той, которую обидела моя маленькая девочка.

Два килограмма семьсот тридцать семь грамм…

Пятьдесят сантиметров.

Если бы кто-нибудь мне сказал, что этот крохотный комочек однажды сможет разбить мне сердце, я бы мягко улыбнулась и посчитала, что они врут, что они ничего не понимают в жизни и просто наговаривают.

Но…

— Мам, не молчи. А лучше…

Я прислушиваюсь.

К себе… К шуму возле сердца, к рвущимся струнам души…

Прислушиваюсь к голосу дочери и жду, жду…

— Приезжай ко мне на чай с тортиком, — говорит она. — Внук по тебе соскучился…

Вот и все.

— Думаю, тебе стоит пригласить на чай с тортиком отца и… будущую мачеху, Света.

— Но, мама… Послушай! — она как будто захлебывается.

— Мамы больше нет. Теперь у вас есть только папа… и мачеха, — заставляю себя сказать эту фразу.

— Надеюсь, ты не передумала, — звонит мне поздним вечером Альбина. — Потому что Тамара приедет к тебе завтра на разбор гардероба.

— Ого. Это так работает? — интересуюсь я. — Господи, это все так странно! У меня жизнь рушится, я с детьми связи оборвать решила, а я о тряпках каких-то переживаю.

До сих пор мое сердце болит после разговора с дочерью: как я произнесла те самые слова и сразу же выключила звонок, чтобы не слушать, что она скажет в ответ… Как сидела, стиснув зубы, и туго сплела пальцы, чтобы не отвечать на ее звонки!

Сколько сил мне понадобилось… Сколько боли было в этом…

— Если ты сейчас же не прекратишь ныть, Нина. Клянусь, на меня можешь не рассчитывать! — пригрозила подруга.

— Я не ною. Просто прошел всего один день. Одни сутки, Альбина. Но они такие длинные и мучительные, будто эта агония протянулась на несколько долгих дней. Тебе знакомо мучительное состояние, словно ты застыла в стекле и время совсем не движется! Эти сутки для меня именно такие…

Подруга молчит, потом тяжело вздыхает:

— Да, прости. Я не должна была говорить с тобой в таком тоне. И должна признать, ты хорошо держишься. Ты решилась не вестись на провокации дочери, уже заставила понервничать своего почти бывшего мужа, и завтра… у тебя две важные встречи. Тебя будет ждать и юрист, и стилист! Да ты просто молодцом, Нина… Глядишь, этот бородатый козел еще приползет на коленях молить о прощении!