Книга Океан для троих, страница 73 – Реджи Минт

Совсем рядом Дороти вышла на только что полученной под командование “Свободе” против двух иверских фрегатов разом, победила, а потом сутки заращивала распоротое саблей бедро и два месяца восстанавливала корабль. Что она в море вышла только потому, что надеялась найти… В безумных снах видела его, его улыбку и мачты “Холодного сердца”.

Совсем рядом целых десять лет.

И Доран даже не дал знать, что пусть не дышит, но существует.

Продолжает быть.

Потрясение от этих мыслей оказалось настолько сильным, что, видимо, отразилось на лице, и Морено принял печаль на свой счет.

— У каждого свои недостатки. То, что он мертв, не мешает ему нам помогать. Так что да, я спас Призрака от призрака, и теперь у меня есть призрак-хранитель. Выгодное дельце, как считаешь?

— Он чуть не пришиб тебя столом. Это вместо спасибо? Или у вас так принято? По дружбе? — продолжила пытать Дороти. — Особой радости я не разглядела. Повздорили?

Морено сжал челюсти и сглотнул.

— Не твое дело, женщина.

— О да! Мое дело кивать, когда ты пытаешься навесить мне на уши водоросли… Ха, готова поспорить, что знаю, в чем дело! Это он потрепал “Каракатицу”, — внезапно осенило Дороти, и она даже привстала на локте. — Призрак выломал вам рулевое и почти пустил на дно, но “Свобода” его спугнула. Вот почему мы никого не заметили на горизонте, когда подошли для абордажа, а ведь у вас еще пушки остыть не успели. Что вы такое не поделили, что Призрак подрал тебя, как пес гуся, и ушел в пучину? А ты стерпел? Интересно, Призрака ты тоже предал? Продал кому-то за нечто более ценное? — добавила она.

Подначка была так себе, но расчет на вспыльчивость оправдался.

Морено снова приложился к фляжке, зло усмехнулся и выдохнул:

— А вот это точно не твое дело, мэм. Не девице, которая все получила только потому, что ей перепало демонской силы, говорить мне, где я не прав. Вот теперь ты обычная, Дороти Вильямс. Нравится быть как все? И если я захочу, то справлюсь с тобой одной рукой. И куда тебе до тех, кто получил под командование корабли за свои заслуги, а не за чужие подарки. Интересно, кто и что продал, чтобы у тебя был такой дар? Или таким как ты все должно доставаться по гребаному праву рождения?

У Дороти от обиды покраснели щеки, и она малодушно порадовалась, что в каюте темно, а Морено продолжил тихо и ровно, но ярости в его голосе было с лихвой:

— Призрак меня не помнит. Не узнает. Будто стерло. Но я ему должен. Даже беспамятному. Ни одна рыба на всех морях не может упрекнуть Черного Пса в том, что он не платит долги.

— Не помнит? Почему?.. Ах да, сирены, — сообразила Дороти. — Твоя сделка. Что было в обмен?

— Неважно. Всяко оно не стоило своего карманного призрака, — цинично заметил Морено. — Он был куда полезней.

Дороти поняла, что тот уперся быком и расспрашивать его про сделку бесполезно.

— Из-за этой игры в молчанку мы уже потеряли мою силу. Гляди, можем потерять еще, — предупредила она, но Морено только пожал плечами:

— Много будешь знать — плохо будешь спать.

— Чтобы все вернуть на свои места, нам нужно поймать призрачный корабль. “Закатную Лилию” или “Грозовую чайку”? Или… Как там называется корабль твоего призрака?

— “Холодное сердце”.

Вроде бы Дороти и была готова, но все равно от этих двух слов заныло под ребрами. Если до этого она сомневалась, то теперь окончательно поняла, что ей не мерещилось. Доран, черный туман вместо пальцев и чудом спасшийся от сирен корабль — все настолько же реально, насколько и то, что она сама теперь вне закона и вступила в альянс с пиратами.