Книга Океан для троих, страница 115 – Реджи Минт

— Слушаюсь, капитан. А как же ж…

— Нам нужно оторваться от них еще на четверть часа, в прибрежных скалах “Свобода” не сможет маневрировать, тут мели. Они просто расстреляют нас как утиный косяк, — Дороти договаривала это уже на ходу, спеша в сторону мостика.

Бринна больше вопросов задавать не стала — ссыпалась по лестнице, ведущей к оружейной палубе, одновременно выкрикивая кого-то по имени.

— Курс прежний. Выходим в открытое море, — Дороти добраться до мостика не успела: выхватить из столпившихся у борта моряков Хиггинса было важнее. — Док, ставь все паруса. Нам нужно выиграть время. Если у тебя есть в запасе еще что-то…

— Балласт сейчас будем сбрасывать?

— Нет, когда подойдут на расстояние залпа. Учтите, это флагман, и на нем как на королевской фаворитке — все самое лучшее. От панталон до колечек. И пушки тоже.

— Ну на носу-то у него их нету, — Хиггинс, задрав голову, уже высматривал на мачтах что-то одному ему известное. — Пока они разгоняются от причала — на парусах мы выиграем минут десять, от силы — двадцать. А в открытом море, когда сбросим балласт, при такой волне руля “Свобода” будет слушаться как бешеная корова пастуха. И скакать также. Тут морская ведьма надвое скажет — уйдем или нет. Был бы этот поганец ряженый один…

— Ваши слова, Хиггинс, да богам в уши, — Дороти улыбнулась.

Жизнь, казавшаяся еще такой беспросветной минуту назад, становилась краше. Драться, стрелять, убегать, догонять, лавировать все лучше, чем ощущать себя выкинутой на берег касаткой и пытаться научиться дышать тем, что для твоей природы чистый яд. Пока корка льда внутри была прочна, и слава небесам. Осталось только руки и голову занять делом.

— Но их двое. И спутник свой флагман в одиночестве не бросит. А лелеять надежду, что иверцы не захотят пустить мне кровь, я бы не стала. Тем более что со спутником я уже имела честь познакомиться. И уверяю, “Свобода” долго ему снилась в кошмарах, — самодовольно сказала Дороти и сдула со лба мешающую прядь.

Хиггинс аж по бокам себя хлопнул, показывая, что только старых счетов им сейчас не хватало.

— Хиггинс, самое время показать все, на что вы способны. Иначе на “Каракатицу” мы с вами будем смотреть, да только снизу.

— Знаю, кэп, знаю. Сейчас мы натянем этих….

Остальное потонуло в такой черной брани, что Дороти предпочла не вслушиваться. Впрочем, пусть ругается. Ругань всегда четче приказов и для своих понятнее.

Голову Дороти нашла чем занять — теперь пришел черед рук. По-прежнему команда Морено была слишком мала для такого фрегата, как “Свобода”, и если в обычные дни рук просто не хватало, сейчас их не хватало катастрофически, а значит, и капитанские могли сгодиться.

С хлопком раскрылся основной парус, и Дороти бросило вперед — “Свобода” скакнула норовистым конем, зарылась носом в волну, потеряв скорость, но сразу выпрямилась и пошла точно по старому курсу. На фок-рее кто-то засвистел, и корабль швырнуло повторно — Хиггинс выставлял паруса по-своему. Еще один свист, и опять рывок. Надо отметить, что мастер свое дело знал — все паруса раскрывались и собирались без заминки, а значит, перед этим большая работа по правильному натяжению снастей тоже была выполнена филигранно.

Дороти, поймав ритм движения палубы под ногами, поднялась на мостик и положила руку на штурвал. Сквозь рев ветра и хлопки парусины приходилось прорываться криком.