Книга До последней строки, страница 124 – Джулия Хэнли

В ответ его взгляд приобретает манящий блеск хищника, желающего избавить меня от всего, что мешает ему напасть. Повинуясь моему внезапному желанию, он осторожно скользит краем ножниц поверх лифа и, забравшись, под правое плечико, медленно делает надрез.

— Лифчик тоже, — говорю я, наблюдая, как тонкая ткань платья сползает к груди, а следом за ней и лямка бюстгальтера.

Через секунду любимый охотно делает то же самое с другой стороной и вскоре полностью освобождает мои плечи и грудь от этих ненужных кусков ткани.

— Ты такая красивая, — протягивает он, положив ножницы на столешницу, и склоняется, чтоб обжечь мои торчащие соски горячим языком.

Эван явно хочет получить от этого мига все, что можно, и чтобы я не мешала его игре, заводит руки мне за спину, крепко сжав спину.

С жадностью изголодавшегося зверя он предается наслаждению, покусывая и посасывая, то одну вершину груди, то другую, и, исследовав каждый ее дюйм, спускается к спущенной юбке платья.

— Продолжишь? — шепчу я, тяжело дыша.

— Еще бы, — отвечает Эван, обхватив подол, и с силой рвет его на две части так, что он быстро сползает на пол.

Возможно, любимый не остановился бы на этом, особенно, когда от новой порции чувственного удовольствия его отделяют только мои трусики, но я хочу продлить момент его томления, поэтому дерзко напоминаю, забравшись ладонью в его волосы:

— Теперь моя очередь. Или ты хочешь остаться одетым?

— Я весь твой, — отвечает он и неохотно поднимается, не отрывая губ от моего тела, пока не достигает шеи.

Чтобы вновь увидеть его рельефную грудь и идеальный пресс, я сжимаю ножницы и подношу к вороту, но действую не так выверено, как Эван, и быстро превращаю в клочки его идеальную сорочку. Еще несколько секунд и то, что называлось рукавами, отравляется вниз к моему платью, за ними — правая сторона рубашки, а левая — спадает сама.

— Брюки тоже разрежешь или разрешишь мне просто снять их? — с улыбкой спрашивает любимый.

— Я сама, — говорю, бросив ножницы на пол.

Оставив левую руку в ладони Эвана, я с пылким взглядом медленно расстегиваю пояс и спускаю брюки, освобождая его крепкие ягодицы и до предела возбужденный член.

А любимый помогает мне окончательно избавиться себя от одежды, и спрашивает:

— Что дальше?

— Иди назад, — требую я, заметив в нескольких ярдах от нас большой мягкий диван. — Но смотри на меня. И только на меня…

— Хочешь поиграть? Ладно.

Эвана совсем не смущает мое стремление взять верх над ним, и он покорно отходит, не делая попыток нащупать край дивана. А когда оказывается рядом, уверенно падает на него, утягивая меня за собой.

Возможно, раньше я не решилась бы на это, но сейчас я так доверяю и так хочу его, что остаюсь между его ног и начинаю целовать каждую царапину, стараясь не задеть повязку.

Все это время я слышу, как учащается его пульс, а дыхание становится более глубоким и прерывистым. Чувствую, как от возбуждения он старается приподнять бедра, упершись горячей плотью мне в живот, и ощущаю, как головка оставляет влажные дорожки смазки на моей коже.

— Возьми его моей рукой, — прошу я, имея в виду наши связанные ладони.

— Боже, Вив, — протягивает Эван и, выкрутив руку так, чтобы она оказалась поверх моей, обхватывает ей член.

Не прекращая поцелуев, я начинаю медленно двигать ладонью вверх-вниз, стараясь довести любимого до максимального напряжения, а после спускаюсь все ниже и вскоре дополняю ласки своим ртом.