Книга Танец с огнем, страница 39 – Весела Костадинова

Она наклонилась и вытащила из-под коряги раковину довольно большого рапана.

— Ух ты, — восхитилась совершенно по-детски, — вот это красавчик.

Дана ее мнения не разделяла. Ей нравились раковины рапанов, но вот конкретно эта — черная от прилипших водорослей и ярко-бордовая внутри вызвала скорее тревожные чувства, чем восхищение.

— Он еще жив, — заметила она, — наверно вчерашним штормом вынесло.

— Ну, — рассмеялась девушка, — тогда давай вернем его домой.

Замахнулась и с неожиданной силой бросила рапана далеко в воду.

Дана снова невольно улыбнулась, радуясь, что хоть кто-то в этом мире может быть вот таким открытым, светлым.

Она снова посмотрела в корзину на дне которой лежали белесые осколки мидий.

— А это-то тебе зачем? — она запустила руку в корзину, перебирая осколки. — Они же переломанные…

— Не скажи, — хитро улыбнулась девушка. — Смотри, — достала несколько штук и разложила на ладони так, что они слегка засияли тусклым перламутром. — Видишь? Всего лишь кусочки… но если их сложить в мозаику, так, чтобы они стали частью целого, отполировать, покрыть смолой… они станут отличным материалом для инкрустаций….

Дана тихо засмеялась, где-то внутри завидуя незнакомке.

— Что? — снова заалела та.

— Ты такая… непосредственная, — не удержалась женщина. — Наверное я завидую тебе…

— Нечему завидовать, Дана, — внезапно довольно серьезно произнесла девушка. — Я стараюсь жить, хотя это не просто.

Дана прикусила язык. Незнакомка ведь сказала, что и она живет здесь не просто так — мир не вращался только вокруг самой Даны и ее проблем.

— Что произошло у тебя? — она не хотела быть любопытной, но не смогла сдержать вопроса.

— Да, наверное, как у всех, — та рассеяно пожала плечами и неуверенно улыбнулась. — Не знаю никого, у кого не случалось бы поганых дней. Поганого времени — так мама звала периоды, когда жизнь дает коленом под задницу. Вот и у меня сейчас просто поганое время, — янтарные глаза слегка затуманились.

Дана молчала, подавляя в себе внезапный порыв обнять девушку за тонкие плечи.

— Муж у меня… — начала девушка и замолчала. — чудит. Или мудит…. Тут уж как посмотреть. Разрушает себя. И меня. И всех, кто оказывается рядом.

— Ты сбежала? — по спине Даны прошла волна мурашек.

— Нет… — тут же ответила девушка. — Просто…. Не могу смотреть на то, что он делает с собой. Он был сильным, смелым, любящим мужчиной, когда я выходила за него замуж… Любил меня так, что я иногда думала — это слишком много для одного человека… — Дана ощутила как защипало в носу. — Мы часами могли говорить с ним обо всем. Дом — полная чаша — он у меня умный ведь, — в голосе против воли послышалось восхищение и неподдельная любовь. — Родился ребенок. Казалось, нам сама удача улыбается…. — на золотистых ресница повисла слеза. Девушка чертила палкой по песку, справляясь с эмоциями, — а потом все закончилось. В один день.

Дана глубоко дышала, замерев.

— Наш ребенок, Дана, умер…. Его убили. И мой муж…. Он стал другим. Совсем другим. Он умер вместе с нашей семьей…. Я видела, наблюдала как день за днем он деградирует, становится животным. И ничего не смогла с этим сделать. Убежала. Не потому что разлюбила. Не могу больше смотреть на это…. Не хочу в этом участвовать, видеть, как он умирает заживо снова и снова. Каждый день. Гниет, сгорает… Здесь я снова смогла дышать, стала кому-то нужной…. Занимаюсь с детьми… их много здесь. И не все они нужны своим родителям, сама понимаешь — городок не большой, работа есть только летом. А мне с ними легче.