Книга Танец с огнем, страница 213 – Весела Костадинова

Она со всей силы, не сдерживая себя полоснула ногтями ему по лицу, оставляя длинные царапины на щеке. Марат зарычал и навалился на нее всем телом, проникая пальцами пот тонкое кружево белья.

Дана охнула от острого, ненавистного вожделения. Волна жара прокатилась по низу живота, заставив бедра невольно сжаться вокруг его пальцев.

Она видела свою власть над этим мужчиной.

Видела, как он теряет контроль, как его глаза темнеют от похоти и ярости, как он готов разорвать ее и одновременно умолять не уходить. И она упивалась этой властью до краев — горькой, опасной, запретной. Ее рука скользнула вниз, уверенно обхватив его через ткань брюк. Он был уже твердым до боли. Дана медленно провела ладонью по всей длине, чувствуя, как он пульсирует под ее пальцами.

— Вот так… — прошептала она ему в губы, голос дрожал от ненависти и возбуждения. — Вот так ты меня и хочешь, да?

— А ты меня... — в голосе слышалась злоба и ярость, он смотрел ей прямо в глаза, лаская под бельем. Умело и нагло.

Это словно была игра, кто не выдержит первым.

Дана не ответила словами. Вместо этого она вцепилась в его губы своими, забирая власть, выпивая его без остатка. Ее рука скользнула под ткань брюк, обхватила горячий, твердый член и начала двигаться — быстро, уверенно, почти зло.

Марат застонал ей в рот — низко, яростно. Его пальцы внутри нее стали жестче, глубже, требовательнее, настойчиво массируя чувствительную точку, от которой по телу Даны пробегали электрические разряды.

Он рванул ее на себя, прижимая к столу всем своим тяжелым, горячим телом, не желая больше терпеть ни секунды. Его бедра настойчиво вжимались между ее ног, твердый, пульсирующий член упирался в нее через ткань, требуя входа.

Но она вывернулась — резко и злобно, не давая ему того, чего он хотел больше всего… и чего хотела сама. Внутри все пульсировало от возбуждения, мокрое и горячее, но где-то на краю сознания она понимала: стоит на самом краю. Еще чуть-чуть — и она сдастся.

Ее рука ускорила движение под тканью его брюк — быстро, сильно, безжалостно. Пальцы обхватывали его целиком, скользили по всей длине, сжимая головку на каждом движении вверх. Марат едва не кричал, когда она одновременно кусала его губы и шею, оставляя красные следы зубов.

— Алена… черт… — вырвалось у него хрипло, жалобно. Она чувствовала, как он дрожит, как напрягаются мышцы его живота, как он пытается взять контроль, но она не давала. Ее рука двигалась все быстрее, выжимая из него стоны и ругательства, а вторая вцепилась в его волосы, заставляя запрокинуть голову.

Внутри нее самой все горело и пульсировало, но она продолжала бороться — не позволяя ему войти, не позволяя себе сдаться. Эта борьба возбуждала ее сильнее всего.

— Хватит играть, — прорычал он ей в губы. — Я хочу тебя. Сейчас.

Дана вцепилась ногтями в его плечи, оставляя новые красные полосы.

— Тогда возьми, — прошептала она ему в рот, голос дрожал от ненависти и похоти. — Попробуй, — ее рука сжала его сильнее, направляя и... не позволяя, лаская уже между своих ног.

Марат не выдержал.

Он зарычал, все его тело резко напряглось. Глаза остекленели, дыхание сорвалось. Сильные толчки прокатились по его телу, и он кончил — горячо, обильно, оставляя густые белые следы на ее бедре, на краю стола и на ее руке. Но не в ней.