Книга Танец с огнем, страница 188 – Весела Костадинова

Помнила лицо Алексея на том видео — красивое, молодое, перекошенное болью и ужасом, крики Амелии и Иришки. Не могла забыть стеклянных глаз Алины — уже мертвых при еще живом теле.

При одной мысли, что нужно встать и выйти к братьям, чьи тихие голоса доносились из кухни, ее начинало трясти. Как она посмотрит в глаза Алексея? Что скажет ему? Как сможет выразить все то, что внутри? Жалость, понимание, сочувствие. Все изменилось для них двоих. Никогда не сможет она больше ненавидеть его, хоть не может и простить. Любой человек, после разыгравшегося на глазах такого ада, сошел бы с ума, любой бы утратил облик человека.

Она тяжело села на кровати, обхватив гудящую голову руками. Машинально посмотрела время на телефоне — часы показывали начало одиннадцатого и пять пропущенных от редактора — она проспала утреннюю оперативку в редакции. Чертыхнулась.

Думать об этом не хотелось, как и о том, что она будет говорить в свое оправдание. Помимо головы болел желудок, и шея — видимо затекла ночью.

Дана встала с кровати, не обращая ни малейшего внимания на свой вид. Большая белая футболка едва прикрывала бедра, волосы были растрепаны, глаза опухшие. Стараясь не смотреть по сторонам, прошла через коридор в ванную, полностью игнорируя два тяжелых мужских взгляда, которые проводили ее из кухни.

Долго стояла над раковиной, глядя на текущую воду. Зачерпывала ее ладонями, жадно пила и полоскала рот, пытаясь избавиться от мерзкого привкуса вчерашнего алкоголя и желчи. Когда немного отошла, подняла глаза и осмотрелась, зная, что у Лоскутова всегда есть запасной набор зубных щеток. И точно, на стеклянной полке перед зеркалом, рядом со стаканом, где стояла щетка хозяина, лежала еще одна — влажная — Яров успел первым. Дана снова выругалась, а после обнаружила еще один, не вскрытый набор, видимо приготовленный для нее.

Встала под душ, ничуть не заботясь о том, что сбросила одежду прямо на пол — не страшно. Главное сейчас прийти в себя, взять себя в руки и выйти на кухню спокойной. Стояла под упругими струями, подставляя лицо и не замечала как плакала сама — беззвучно и бессильно, опираясь руками на мокрый кафель душевой.

Даже не слышала, как тихо открылись двери, в ванную зашел хозяин и, стараясь не смотреть на запотевшие стекла, повесил на крючок полотенце и длинный белый халат.

Впрочем, их обнаружила сразу, как вышла из кабинки. Вздохнула, оделась и посмотрела на себя в зеркале. Лучше ей не стало, но по крайне мере лицо выглядело куда более спокойным, чем несколько минут назад. Женщина машинально отметила, что около корней волосы приобрели рыжеватый оттенок — пора было срочно посетить своего мастера.

Дана еще несколько секунд смотрела на свое отражение, собираясь с силами, потом глубоко вдохнула и вышла из ванной.

Яров на кухне был один — колдовал над маленькой медной туркой, медленно помешивая кофе. Услышав шаги, обернулся.

Дана буквально упала на мягкий старый стул, словно ноги в последний момент отказали. Белый махровый халат был ей великоват, волосы мокрые, глаза все еще красные. Она выглядела одновременно хрупкой и совершенно измотанной.

Алексей несколько секунд молча смотрел на нее, потом, видимо, передумав насчет кофе, взял другую кружку, налил крепкий черный чай с лимоном и чабрецом и поставил перед ней.