Книга Танец с огнем, страница 18 – Весела Костадинова

И — черт возьми — это было потрясающе хорошо.

Ее губы — мягкие, теплые, чуть солоноватые от слез, которые она только что смахнула. Вкус помады — терпкий, вишневый. Ее дыхание — прерывистое, горячее, смешивалось с его. Она не ответила на поцелуй — но и не оттолкнула. Просто застыла, как будто тело решило не сопротивляться, пока разум кричал внутри.

Он отстранился медленно, не сразу. Провел большим пальцем по ее нижней губе, поправляя размазавшуюся помаду. Посмотрел в глаза — близко, почти касаясь носом ее носа.

— Теперь все уверенны, милая, что ты давным-давно завела себе любовника, — едва слышно прошептал он. — Меня. Променяла красавца на урода. Давай, Дана… я сейчас отпущу руку и ты побежишь к охране…. Но не забывай, милая, что вон у того охранника — Василия — маленький сын. А у Миши, — он кивнул в сторону второго мужчины, который старался не смотреть на них — только-только родилась дочь. И я достану их…. если ты решишь позвать на помощь. Достану любого, кто рискнет тебе помочь. Администратора, зам. директора Марата, бухгалтершу — Любу. Любого. У меня есть вся информация о любом из них.

Дана тяжело дышала, в ее глазах темнело, она пошатнулась, но Яров держал ее крепко.

— Тише, — прошептал он, прижимая ее ближе. — Не здесь и не сейчас. Ты же не хочешь, чтобы все это увидели? Чтобы завтра все в компании шептались: «Вдова Лодыгина упала в обморок в холле собственного офиса в объятиях нового мужчины»? Нет, милая. Мы сейчас пройдем к лифту. Ты улыбнешься. Скажешь «добрый день» секретарше — Лилечке, которая, к слову, спала с твоим мужем. Попросишь сварить нам кофе, улыбнувшись. И в кабинете твоего мужа мы спокойно займемся его, нет, теперь уже моими, делами.

Абсолютно белая Дана молча кивнула. Поднимаясь с ней в лифте, он заметил капельку крови в углу ее рта — видимо она прокусила губу. Но в приемную зашла ровно, без эмоций вынося злой, удивленный, заплаканный взгляд секретарши — молоденькой, хорошенькой девушки лет 20-ти.

— Дана Борисовна, — та едва успела взять себя в руки и поздороваться, не выдавая злости.

— Лилия, — голос Даны был холодным и мертвым, — занеси нам кофе… — она вскинула глаза на спутника.

— Мне простой, черный без сахара, — улыбнулся Алексей секретарше, мимолетно сравнивая двух женщин, и едва заметно морщась — секретарша, красивая яркой, броской красотой, по сравнению с Даной выглядела как дворовая кошка рядом с рысью.

Он подхватил женщину под локоть и заставил войти в кабинет Марата. В кабинет, где сама Дана бывала не так чтобы часто. Конечно она заходила к мужу на работу, иногда заезжала за ним, но не злоупотребляла этим. Особенно последние два года.

Или боялась.

Слова Алексея про Лилию звучали в ушах, жгли внутри — даже это чудовище знало о том, что муж ей изменяет. Она осмотрелась — все тот же широкий, удобный стол, высокое кресло напротив панорамного окна, выходящего на город, стеклянные шкафы с папками, небольшой серебристый ноутбук на столе. Двери в комнату отдыха, где еще оставался едва ощутимый запах его одеколона.

Зажмурилась на несколько мгновений, отгоняя воспоминания. Как на заре их отношений, она и Марат, молодые, сытые друг другом до одури, сидели здесь вдвоем. Марат — в своем кресле, она — у него на коленях, спиной к его груди, его руки обнимали ее талию, подбородок лежал на ее плече. Они смотрели на закат — оранжевый, розовый, фиолетовый, разливающийся по стеклу высоток. Он целовал ее в шею, шептал что-то глупое и нежное, а она смеялась — тихо, счастливо, потому что тогда еще верила, что это навсегда.