Книга Танец с огнем, страница 105 – Весела Костадинова

Молодая светловолосая женщина припарковала машину перед невысоким зданием, всего в семь этажей, и грациозно выпорхнула на улицу. На секунду замерла, подставив лицо тёплому ветерку: закрыла глаза, глубоко вдохнула аромат цветущих деревьев, позволив себе эти несколько драгоценных мгновений покоя. Весна в Москве всегда была короткой — хотелось задержать её хотя бы дыханием.

Впрочем, задерживаться не стала. Каблучки её туфель звонко простучали по тротуару, отразились эхом от стен переулка. Охранник у проходной — пожилой мужчина в тёмной форменной куртке — узнал её сразу: коротко кивнул, пропуская без лишних слов и проверки пропуска.

Лифт, как всегда, оказался занят, поэтому она поднялась по лестнице — на пятый этаж, в кабинет главного редактора. Коридор на этаже был узким, заставленным стопками свежих номеров и коробками с архивом; на стенах — пожелтевшие фотографии, вырезки из газет, несколько мемориальных табличек. Дверь в кабинет была приоткрыта: изнутри доносились приглушённые голоса, звон чашек и характерный треск старого радиоприёмника, настроенного на «Эхо Москвы», из которого доносился звонкий голос Тани Фельгенгауэр*.

Женщина едва заметно улыбнулась, вдыхая знакомый запах сигаретного дыма и крепкого кофе, но не зашла в кабинет, а навалилась плечом на косяк, рассматривая крупную фигуру своего начальника.

Тот тоже женщину заметил, кивнул, но сделал знак рукой, чтоб она не мешала дослушать блок новостей, и лишь когда пошла реклама, развернулся к ней.

— Опаздываешь, Алена Богдановна.

— Задерживаюсь, Аркадий Борисович, — отозвалась женщина, заходя в кабинет и садясь в кресло напротив главреда. — Ты смотрю, все так же по Тане угораешь….

— Ну хороша же, чертовка, — пожал тот плечами, закуривая. — Умеет Алексей Алексеич подбирать себе девушек.

— Ага, — хохотнула женщина, — ты еще Леську вспомни!

Аркадий поморщился.

— И на старуху… — щелкнула зажигалка. — Ладно, как слетала?

— Скучно, — вздохнула женщина, невольно отворачиваясь от сигаретного дыма. — И слегка — тошно. Сейчас, Аркадий Борисович, вал таких дел пойдет, не только в Алтайском крае, но и Пермском, и в Приволжском округе. Крупные вливания в АПК дают свои плоды. И — импортозамещение, — фыркнула она. — К тому же есть еще одна системная проблема, Аркаш. Да, много реально жульничества, но я тут выделила и другую схему — отжатие бизнеса у мелких КФХ силовиками и чинушами. Схема проста как мир: дают субсидию — скажем, 10–20 миллионов на развитие, — она приходит на общий счёт КФХ, с которого ведётся вся деятельность хозяйства. А потом фермера обвиняют в нецелевом использовании, мол, потратил не по программе. И хоть задоказывайся экспертизами, что сумма ушла именно на семена или технику, — доказать сложно, особенно если "свои" в прокуратуре и СК. Если человек на попятную идет — ему 2–3 года паяют, иногда условку, а если бычит — на все 5–6 лет заезжает. В Алтае я видела такие кейсы: один фермер из Рубцовского района потерял 500 гектаров, другой — в Барнауле — ушёл в банкротство после "проверки". И это не единично — в Поволжье, в Саратовской области, Пермский край — все одно и то же: 30–40 миллионов ущерба по одному делу, и за кулисами — передел собственности в пользу крупных холдингов. Мелкие не выдерживают, а большие, с связями в Минсельхозе, жируют.