Книга Не выйдешь сухой, страница 144 – Лера Титова

— Она права.

— А папа где?

— На работе.

— А когда придёт?

— Вечером.

— Я подожду.

Вера взяла тетрадь, побежала в свою комнату. Тина смотрела вслед, улыбалась. На сердце было тепло.

Ян вернулся в восемь.

Вера услышала, как открылась дверь, и вылетела в прихожую, как пуля. На ней была пижама — розовая, с единорогами, волосы растрёпаны, лицо сонное, но глаза горели.

— Папа! Папа! Я получила пятёрку!

Ян снял куртку, повесил в шкаф. Повернулся к дочери.

— Покажи, — сказал он.

Вера протянула тетрадь. Ян взял, открыл. Посмотрел на аккуратные буквы, на красную пятёрку, на слова «Мама. Папа. Я. Мы — семья».

— Ты написала «папа»? — спросил он.

— Да.

— А «мама»?

— Да.

— А «мы»?

— Это про нас.

Ян смотрел на тетрадь. Молчал. Долго.

— Папа, ты чего? — спросила Вера.

— Ничего.

— Ты плачешь?

— Нет.

— Врёшь.

— Немного.

Он присел на корточки, обнял дочь, прижал к себе.

— Ты умница, — сказал он.

— Я знаю.

— Я горжусь тобой.

— А мама уже гордится.

— Я больше.

— Нельзя больше. Надо поровну.

— Хорошо. Поровну.

Вера засмеялась. Ян встал, взял её на руки, понёс в комнату.

— Завтра покажешь мне снова, — сказал он.

— Завтра я получу ещё одну пятёрку.

— По чему?

— По математике.

— А ты умеешь считать?

— Умею. Один, два, три, четыре, пять.

— А дальше?

— Шесть, семь, восемь, девять, десять.

— А двадцать?

— Двадцать — это много.

— А сто?

— Сто — это очень много.

— А тысяча?

— Тысяча — это как звёзды на небе.

Ян улыбнулся. Положил дочь на кровать, накрыл одеялом.

— Спи, — сказал он.

— А ты мне сказку почитаешь?

— Прочитаю.

— Какую?

— Какую хочешь.

— Про принцессу.

— Хорошо.

Он сел на край кровати, взял книгу с полки. Вера свернулась калачиком, положила голову на подушку, закрыла глаза.

— Жила-была принцесса, — начал Ян. — Она была красивая, умная, добрая. Но она была несчастна. Потому что её отец не хотел, чтобы она выходила замуж за того, кого она любит.

— А кто она любила? — спросила Вера.

— Принца. Бедного, но храброго.

— И что было?

— Она сбежала из замка. Ночью. По верёвке из простыней.

— А он её ждал?

— Ждал. У реки. На белом коне.

— А они поженились?

— Поженились. И жили долго и счастливо.

— И у них родилась дочка?

— И у них родилась дочка. Очень красивая. С бантиками.

— Как я?

— Как ты.

Вера улыбнулась. Закрыла глаза.

— Спокойной ночи, папа.

— Спокойной ночи, дочка.

Ян поцеловал её в лоб. Выключил свет. Вышел из комнаты.

Тина ждала в коридоре.

— Ты плакал? — спросила она.

— Нет.

— Врёшь.

— Немного.

Она обняла его, прижалась к груди.

— Ты хороший отец, — сказала она.

— Я стараюсь.

— У тебя получается.

— Ты мне помогаешь.

— Я люблю тебя.

— Я знаю.

Она взяла его за руку, повела в спальню.

Они зашли в спальню. Ян закрыл дверь, запер на замок. Тина стояла у кровати, смотрела на него. В полумраке его лицо казалось высеченным из камня — красивое, сильное, её.

— Раздевайся, — сказал он.

— Помоги.

Он подошёл, начал расстёгивать пуговицы её блузки — медленно, одну за другой, касаясь кожи кончиками пальцев. Тина вздрагивала от каждого прикосновения. Он снял блузку, бросил на пол. Расстегнул джинсы, стянул вместе с трусами — медленно, проводя тканью по её ногам, по бёдрам, по коленям. Тина осталась в одном кружевном бюстгальтере — белом, тонком, почти прозрачном.

— Ты красивая, — сказал он.