Книга Не выйдешь сухой, страница 135 – Лера Титова

— Слышу.

— Над тобой.

— Надо мной?

— Ты сказал ей комплимент.

— Я всегда говорю правду.

Тина рассмеялась. Вера засмеялась громче. Ян смотрел на них — двух своих девочек — и улыбался.

Прошёл месяц.

Тина привыкла к новому ритму — кормления, смены подгузников, бессонные ночи. Ян привык к тому, что его жизнь больше не принадлежит ему — она принадлежит им. Он приносил цветы, игрушки, вкусную еду. Помогал по дому. Уставал, но не жаловался.

Однажды вечером они сидели на диване, Вера спала в кроватке. Тина положила голову Яну на плечо, смотрела на огни города за окном.

— Ян, — сказала она.

— Мм?

— Спасибо.

— За что?

— За то, что ты рядом.

— Я всегда рядом.

— Знаю.

— Ты не жалеешь?

— О чём?

— Обо всём.

— Нет. А ты?

— Нет.

Он обнял её, прижал к себе.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю.

— И её.

— Знаю.

Вера засопела во сне. Тина улыбнулась.

Всё было хорошо.

Это случилось в первый раз, когда Ян пригласил её в ресторан. Не как клиент — как мужчина.

Тогда они ещё только начинали. Ян уже заплатил два миллиона за час, уже привёз её в свой пентхаус, уже дал душ и свою футболку. Но того вечера, того ужина, того платья ещё не было.

Он позвонил утром. Сказал: «Сегодня вечером я приглашаю тебя в ресторан. Надень что-нибудь красивое». И повесил трубку.

Тина стояла посреди своей маленькой квартиры, сжимая телефон в руке, и не знала, что надеть. В её гардеробе были платья — чёрные, красные, синие, короткие, длинные, дорогие, дешёвые. Но все они пахли работой. Клиентами. Улыбками, за которые платят.

Она хотела что-то другое. Что-то для себя. Что-то для него.

Она достала с антресолей коробку — пыльную, забытую, перевязанную атласной лентой. Открыла. Внутри лежало белое платье. Короткое. Шёлковое. С тонкими бретелями и глубоким вырезом на спине. Оно было куплено год назад, в день, когда она решила бросить эскорт. Тогда она не бросила. И платье так и висело в коробке, ждало своего часа.

Тина сняла его с вешалки, поднесла к свету. Белый шёлк переливался, струился, тек сквозь пальцы. Она посмотрела на себя в зеркало — в одном белье, с растрёпанными волосами, с синяками от вчерашнего клиента на бёдрах. И решилась.

Она надела платье. Оно село идеально — облегало грудь, подчёркивало талию, открывало ноги почти до ягодиц. Тина повернулась, посмотрела на свою спину — вырез до поясницы, лопатки, позвоночник, татуировка, о которой Ян ещё не знал. Маленькая птичка на левой лопатке. Символ свободы.

Она распустила волосы — длинные, тёмные, они упали на плечи, закрыли спину, добавили загадочности. Макияж сделала лёгким — только тушь и блеск для губ. Туфли выбрала белые, на высокой шпильке. Те самые, в которых она потом танцевала для него.

Ян приехал в восемь.

Он стоял в дверях её квартиры — чёрный костюм, белая рубашка, никакого галстука. Волосы зачёсаны назад, татуировка на правой руке видна из-под рукава. В руках — букет белых роз.

Тина открыла дверь. Ян посмотрел на неё. И замер.

— Ты… — начал он и замолчал.

— Что?

— Ты… белое.

— Я заметила.

— Красивое.

— Спасибо.

— Я не о платье.

Она покраснела. Он редко говорил комплименты. Почти никогда.

— Ты готов? — спросила она.

— Я готов.

Он протянул руку. Она взяла.

Ресторан был дорогим, старым, с белыми скатертями и хрустальными люстрами. Их посадили в углу, у окна, откуда открывался вид на ночной город. Ян заказал шампанское, рыбу, фрукты. Тина смотрела на него и не верила, что это происходит на самом деле.