Книга Няня для мажора, страница 79 – Кира Хо

Я думала, что это что-то по пути к спортивному комплексу, но стоило нам свернуть в обратном направлении, так и вовсе напряглась. Конечно, в моей голове нет мыслей, что Романов хочет вывезти меня в лес и оставить там, хотя подозрения на такие желания бывали, но и понять, куда именно мы направляемся, не представляется возможным.

— Демид? — украдкой зову его, наблюдая, как сосредоточенные на дороге глаза словно обретают фокус и возвращаются в реальность.

— М-м? — отзывается он.

— Скажешь, куда мы едем? — все так же осторожно спрашиваю.

Он молчит, а затем еле заметно мотает головой.

Хорошо. Подожду.

Ждать пришлось около часа. С трассы съехали на гравийную дорогу, окруженную деревьями, будто искусственно выращенный лес, и еще по ней ехали минут двадцать, поворачивая то вправо, то влево, пока не остановились возле огромного трехэтажного светлого здания, огороженного высоким металлическим забором.

Демид подъехал к воротам, достал из кармана какую-то карточку и направил к сканеру. Еще через пару секунд ворота разъехались, впуская нас. Парковка небольшая, но даже так на ней всего несколько машин и нет людей. Совсем.

Выхожу из машины следом за мажором, когда он открывает дверь и протягивает мне руку. Крепко обхватываю ее в надежде спрятать дрожь.

— Романов, где мы?

Он смотрит на меня и слегка улыбается, но молчит. И, возможно, меня бы это не напрягло, если бы не одно «но» — его руки тоже дрожат.

Сглатываю колючего ежа, что поселился в горле, и иду, ведомая Демидом.

У широких стеклянных дверей вновь останавливаемся, чтобы он снова достал ту же карточку, и я успеваю прочитать надпись на табличке: «Психиатрическая лечебница «Гавань»».

Нервный смешок сам по себе вырывается из меня.

— Думаешь, мне уже пора? — кошусь на Демида, но он даже улыбку не выдавил из себя.

Когда сканер от карты выдает «пик», двери открываются, и мы попадаем в широкий холл со стойкой. Почти как в отеле, только атмосфера тут… другая.

Романов проходит к стойке и хриплым голосом говорит девушке, что сидит за ней:

— Романова Елена Олеговна.

И меня пробивает осознанием. Будто парализованная, напрягаюсь всем телом и не могу заставить себя сделать хоть что-то, кроме как крепче вцепиться в мужскую руку.

Девушка кивает, вбивает что-то в компьютере, и через несколько минут к нам выходит взрослая женщина в строгом костюме.

— Здравствуйте, Демид Андреевич.

— Добрый день, — все так же хмуро отвечает он.

— Пройдемте, — женщина лучезарно улыбается и, виляя бедрами, ведет нас к лестнице. — Елена чувствует себя прекрасно, есть вероятность скорого выздоровления…

— Вы говорите это уже несколько лет, — перебивает Демид, не давая возможности возразить, но женщина, по-моему, и не пытается.

Лишь взмахнула рукой и добродушно улыбнулась. Или это заученная улыбка?

На втором этаже идем прямо по длинному коридору, не задерживаясь ни на секунду. Да и желания, если честно, особого нет. Только наружу почему-то рвутся странные чувства, когда я понимаю, что Романову не нужно сопровождение: он и так знает, куда идти.

Если это его мама… то что такого произошло, чтобы она оказалась здесь?

Наконец женщина останавливается и открывает дверь ключом.

— Правила вы знаете, — не спрашивает — утверждает. — Никаких негативных мыслей, минимум прямого контакта, не злить, не раздражать…