Книга Твоё идеальное чудовище, страница 86 – Филиппа Фелье

— Всё в порядке, Дарин, – Тим выставляет ладонь вперёд, упреждая мои вопросы. – Мне нельзя подниматься, чтобы швы не разошлись. Док выдал мне транспорт.

Брат смеётся, кивая на кресло.

— Так-то я уже бегать могу, просто… – он бросает взгляд на Кая и замолкает.

Я перевожу взгляд с брата на своего… парня?

От этой мысли вдруг становится душно. Он ведь не предлагал мне отношений. Ну, в смысле… Я не совсем понимаю кто мы друг другу. И почему он так заботится обо мне. Из-за чувства вины или чего-то большего?

Кай смотрит на Тима тяжёлым нечитаемым взглядом.

— Да, я помню, что ты сказал не появляться, пока она не очнётся. Но она очнулась. – Оправдывается брат.

— Не помню, чтобы я тебя звал, – угрожающе тихо говорит Кай.

— Вы двое! – не выдерживаю я, – прошу, пожалуйста… Давайте без ссор. Ладно? Хотя бы сейчас.

Кай поворачивается ко мне. Его взгляд тут же меняется. В нём мелькает миллион эмоций – от удивления, до лёгкой досады. Но он закрывает глаза и кивает, сжимая челюсти.

— Дари, я… хочу поговорить, – бормочет Тим, подкатываясь ближе к койке. Он берёт меня за руку. Смотрит в глаза своим умоляющим взглядом. А потом косится на Кая. Как бы намекая, что «поговорить» он хочет без свидетелей.

Кай молча сжимает мою руку. Не сильно, но твёрдо давая понять, что никуда не уйдёт. Он отводит взгляд в сторону. Без слов говоря: «Меня здесь нет – говорите о чём хотите».

Я улыбаюсь.

— Всё в порядке, Тим, – начинаю я, но он перебивает.

— Нет, не в порядке. Я не знал… Не думал, что всё может обернуться так. Я… – его глаза наполняются слезами, от которых сердце сжимается. – Я так виноват перед тобой! Прости меня пожалуйста!

Он прижимается к моей руке лбом, пряча слёзы. От меня. И от Кая. Но Кай видит. Он не говорит ни слова. Тихонько хмыкает и вздыхает.

— Я не злюсь на тебя, Тим. Хотя то, что ты сделал… Я не могу похвалить тебя за это. Но я понимаю. Правда. Ты не хотел зла. Ты хотел помочь. И в этом есть и моя вина.

— Что?

— Что?

Возмущённо выдают оба почти в унисон и переглядываются между собой.

— Ты не виновата. Это только я. Моя вина! – слёзы высыхают на лице брата.

— Это точно, – усмехается Кай с другой стороны.

— А тебя я не спрашивал!

— А мне насрать.

— Та-ак, – тихо говорю я, начиная злиться. – Оба немедленно прекратили. У меня болит голова. Никто не виноват, ясно? Ни на кого из вас я не держу ни зла, ни обиды. Всё понятно? Я не хочу, – добавляю я уже тише, – чтобы вы ссорились. Вы оба важны для меня. И мне ужасно больно видеть, как вы конфликтуете.

— Я важен для тебя? – спрашивает Кай.

— Он важен для тебя? – в голос с Каем произносит Тим.

Моё лицо пылает от злости и смущения. Я отворачиваюсь, прикусывая губу. Вспышка боли заставляет тут же отбросить дурную привычку.

— Ясно, – Тим вздыхает.

На периферии зрения вижу, как брат косится на Кая.

— Выйди, – тихо произносит Кай.

— Вот ещё, – фыркает Тим.

— Мне нужно поговорить с твоей сестрой, – начинает Кай спокойно, но тут же заводится. – Это взрослый разговор. Поэтому… катись отсюда. Пока я тебя не выкатил.

Тим снова фыркает и закатывает глаза.

— Когда поправлюсь, – говорит брат, – я так тебе наваляю…

— Это вряд ли. А теперь катись.

Тим послушно крутит колёса к выходу. Открывает дверь палаты. Оборачивается, бросая на меня заинтересованный взгляд.