Книга Отраженная реальность, страница 99 – Тери Нова

Я не могу остановить это и даже не стану пытаться.

Руки Розмари слишком резко тянут за края моей рубашки в попытке расстегнуть пуговицы, и пара из них с треском отлетает куда-то на пол. Дикость ее движений и бесконтрольная, необузданная страсть, с которой она жаждет заполучить мое тело, срывает последние оковы самоконтроля. Я берусь за отвороты ее пижамы и дергаю, разрывая ткань прямо посередине, открывая взгляду очертания сочной груди, прикрытой полупрозрачным кружевом.

Тень уязвимости пробегает по лицу Розмари, и она слегка отстраняется, пытаясь прикрыть тело, облизывая налитые кровью губы. Это бесит меня сильнее всего, потому что я сыт по горло тем фактом, что она считает свои шрамы чем-то уродливым и ужасным, но при этом отказывается их удалять.

Обвиваю ноги Розмари вокруг своей талии и поднимаюсь, а после, пока иду по коридорам, полностью игнорируя ее нервное возмущенное бормотание, наслаждаюсь тем, как тепло полуобнаженной женской груди проникает в мою. Наша кожа соприкасается, и это ощущение проделывает необъяснимые вещи с моими внутренностями. Даже если кому-нибудь из домочадцев в этот поздний час приспичит прогуляться по дому и он окажется на пути, я не смогу остановиться, не выпущу Розмари из своих рук, пока не сделаю то, что должен.

К счастью, мы добираемся до моей спальни быстрее, чем паника Розмари усиливается. Она вцепилась в мои плечи так сильно, что я уверен, на коже под распахнутой рубашкой есть следы ее ногтей. Мне это нравится, я хочу, чтобы они были там, как и те следы, которыми планирую пометить тело Розмари. Все они не несут боли, только удовольствие и чувство принадлежности.

В этой комнате есть один предмет интерьера, который раньше казался чрезмерно большим и неуместным, но он как нельзя кстати послужит моей цели сейчас. Розмари с опаской следит за моими движениями, когда я оставляю ее стоять у порога, толкая большое кресло в центр комнаты, так, чтобы оно оказалось прямо напротив зеркала. А затем протягиваю руку, приглашая Розмари присоединиться.

Она медлит всего секунду, борясь с собой, прежде чем расправить плечи и выпятить подбородок вперед, бесстрашно и воинственно, из-за чего я снова улыбаюсь. Развернув Розмари к зеркалу, занимаю позицию позади нее. Готов поспорить, она даже не знает, насколько охренительно сексуальна с припухшими от поцелуев губами и следами моей щетины на подбородке. Ее грудь тяжело вздымается, несмотря на желание девушки казаться храброй, и я провожу руками по ее плечам, стягивая порванный верх одежды и бросая его на пол.

— Я не собираюсь спрашивать, что видишь ты, потому что, скорее всего, ответ меня не устроит, – говорю, спускаясь руками ниже, принимаясь стягивать пижамные штаны Розмари. Ее дыхание учащается, но она позволяет мне обнажить большую часть своего тела, пока прижимается спиной к моей груди. Я чувствую, как бешено колотится ее сердце, а горло подрагивает. Розмари пробегает глазами по шрамам на руках, ногах и животе, но я не даю вспышке неуверенности превратиться в огонь, обхватывая обе ее груди и сжимая их через ткань. – Мне абсолютно похуй, что ты думаешь о своих несовершенствах, Морская Роса, потому что каждое из них – уже часть тебя, а ни один атом в этом теле не может быть несовершенным, – говоря это, я вжимаю свой стояк ей в поясницу. – Похоже, чтобы я сомневался в том, насколько ты красива?