Онлайн книга «Отраженная реальность»
|
Взгляд предательски следит за словами, появляющимися во всплывающих друг за другом сообщениях.
Не выдерживая давления, беру устройство, чтобы напечатать очередное вранье, но пальцы дрожат так сильно, что не попадают по буквам. Горькое осознание того, что в плену были украдены даже мои амбициозные планы, вызывает внутри внезапный прилив злости. Первый порыв – швырнуть телефон через лужайку, пока он не разобьется о дерево или одну из статуй. Но потом я вспоминаю кое-что, пролистывая список контактов: среди номеров есть один новый, сохраненный перед тем, как визитную карточку поглотил огонь камина. О Хайдене я больше не слышала, как и о том, что привело его в наш дом. Почему-то я сомневаюсь, что ему нужна была благодарность или поддержка высокопоставленной элиты, чем редко гнушались другие служители правопорядка. Крохотная часть меня слабо надеется, что ему не все равно, как складывалась моя рутина после спасения, и если это так, мой чокнутый план в сущности может сработать. На следующий день после своей нетактичной выходки папа, Нина и Престон организовали игру в «Скраббл», где от меня требовалось составлять слова, не произнося их, такой вот плохо завуалированный компромисс. Я выиграла, не испытывая ни капли вины за молчание, после чего удалилась к себе с высоко поднятой головой и нарочитой грацией истинного победителя. Все вернулось в прежнее русло, отцу вскоре предстоит очередное плавание в рамках кампании по внедрению очистительных станций на международном форуме. Понятия не имею, кто придумал устраивать званые вечера на яхтах, где каждый пятый норовит выбросить окурок или плюнуть за борт. Это было романтично в «Титанике», но в реальной жизни грозит огромным штрафом, если ребята из Sea Safe окажутся неподалеку. Как бы то ни было, грядущее событие даст мне небольшую передышку от вездесущего папиного контроля. Набираю короткий текст, стараясь не думать о своем бесспорно жалком положении. Начну с малого, двигаясь небольшими шагами, как делала всю свою жизнь, стремясь достичь желаемого. Хайдену не обязательно знать, что я задумала, пока не придет время.
Проходит около десяти минут, прежде чем мой телефон издает сигнал о входящем сообщении. Руки дрожат сильнее, чем прежде, и я открываю текст, стараясь ничем не выдать свою нервозность, зная, что папа все еще изредка поглядывает на меня в окно.
Прозвище? Ну и ну, неужели холодный сдержанный сухарь на секунду уступил место тому парню с благотворительного вечера? Если у него расщепление личности, то работы предстоит больше, чем я наивно полагала. Но это меньшая из моих забот, поскольку теперь, когда он согласился, нужно придумать алиби и вспомнить о том, как незаметно перелезать через заборы. * * * На входе в ничем не примечательное кафе витают запахи сырости и сгоревшего кофе, вывеска гласит, что здесь подают завтраки по фиксированной цене весь день до самого закрытия. От одного вида яичницы на ламинированном фото при входе мой собственный завтрак, съеденный много часов назад, просится наружу. Неоновая вывеска моргает, скорее отпугивая, чем приглашая переступить порог, слабое подрагивание светодиода напоминает нервный тик. Я должна поблагодарить Хайдена за выбор места, здесь уж точно никому не придет в голову меня искать, к тому же за ужином я сослалась на усталость и отправилась «спать». |