Книга Отец подруги. Моё наваждение, страница 170 – Элен Блио

— Извращенец – хихикаю я.

— Именно, бл*дь! Да! Повёрнутый на тебе. Как сопляк. Влюблён как пацан, слышишь?

— Слышу, но не верю.

— Что? Ты, что? Не веришь?

— Верю. Только не в это. Ты не влюблён как пацан. Ты любишь меня как мужчина. И я это чувствую, каждый день. И я счастлива быть твоей женщиной!

Беру его в рот, наслаждаясь тем, какой он твердый, крупный, нежный, большая багровая головка еле помещается во рту. Весь мой. Делаю так, как он любит. Ласкаю языком, всасываю, помогаю рукой. Может я так и не научилась профессиональной технике, но, кажется, нам с Адамом пофигу. Мы наслаждаемся.

— Ева… малышка, хочу тебя…

Знаю, что после этих слов пара фрикций и он изольётся мне в рот, я в предвкушении. Спермы, как всегда, много, она густая, терпкая, люблю этот вкус и запах. Это всё от моего любимого мужчины, поэтому мне в кайф.

Облизываюсь. Адам смотрит серьёзно, поднимает меня на себя, целует в губы. Раньше мне казалось, что он будет брезговать, но нет. Никогда. Со мной – никогда.

Мы целуемся, когда у него звонит телефон.

— Извини, детка.

Конечно, я извиняю, и мне тут же снова стыдно. Ясмина непонятно, где, а мы…

Нашлась! По голосу Адама понимаю, что она нашлась! Жива! Всё хорошо!

Эти дни без неё были просто адом!

Конечно, на этом эпопея с Ясминой не заканчивается. Но это уже другая история. Её.

А наша с Адамом продолжается. И мы очень и очень счастливы.

Наш малыш уже подрос, и я кормлю его кашей, сидя на лужайке у бассейна, прямо на расстеленном на траве пледе. И, конечно, он вырывает у меня ложку и пытается есть сам. Такой важный и такой упёртый. Агдамов же!

Да, да! Мой малыш перемазан в каше. Я смеюсь. Адам фотографирует нас. Улыбается. Потом опускается рядом, вытирая со щечек нашего маленького Адамчика остатки детской овсянки.

— Всё как ты не хотел, да? Жена, малолетка, которая не умеет ребёнка воспитывать, он у неё вечно в чем-то испачкан! – смеюсь, но тем не менее внимательно смотрю на Агдамова.

— Да, всё как я не хотел. Малолетка и малыш в каше. И ты даже не представляешь, как я счастлив.

— Правда?

— Почти.

— Почему?

— Мало детей в каше. Давай состряпаем еще парочку?

Мы укладываем сына спать, а сами отправляемся «стряпать».

— Боже, Адам, пожалуйста… это слишком, я не могу больше…

— Можешь, крошка, можешь…

Его член во мне, пальцы одной руки сминают клитор, второй – поглаживают тугое колечко… Он там тоже уже был, этот путь открыт, и я страстно желаю, чтобы мы занимались любовью так, как хочет мой муж. Потому что с ним это всегда невероятно.

Водит членом по складкам, заставляя меня кричать и кончать, разбрызгивая вокруг влагу. Я всё еще немного стесняюсь сквирта, но кончая так получаю немыслимое удовольствие, потому что вижу, как кайфует при этом мой Адам.

Всё получается. Хотя до диплома мне остается всего ничего, но я рожаю Адаму еще одного сына.

И к тому времени у нас уже появляется первый внук.

Но это тоже другая история!

История Ясмины и её любимого мужчины. Она расскажет её сама, пожалуй.

А я… Ева, жена Адама, могу сказать только, что я не прогадала, когда пришла к нему в кабинет в том коротеньком платье на бретельках.

Кстати! Трусики он так и хранит в столе. И… их там уже целая коллекция, потому что я часто посещаю его офис, ведь я там работаю!

И секс на столе в кабинете начальника, отца моей подруги, всегда неизменно крышесносный!

Несмотря на то, что ему уже за сорок и сам он посмеивается, называя себя старпёром. А я считаю, что он у меня еще «ого-го».

Мой Адам. Отец моей подруги. Мой запретный плод. Моё наваждение.