Книга Отец подруги. Моё наваждение, страница 164 – Элен Блио

— Ну, тут одним прощением не отделаешься. За это я тебя так хорошо отшлепаю! Сидеть не сможешь!

— Ты что? Я… я беременная! Беременных обижать нельзя.

— Ну, я подожду, пока он родится, придёшь в себя, и тогда…

Хватаю её в охапку, целую, прижимая к кровати. Наконец, расслабляюсь, потому что Ева рядом. Ева там, где должна быть. Со мной. Подо мной.

Но страх кроет. У неё в животе маленький человечек, что если я сделаю что-то не так?

Но как же хорошо быть в ней. Испытываю какие-то совершенно запредельные эмоции. Кроет. Несёт. Просто взлетаю ввысь с каждым движением. А чувствуя её отклик совсем теряю контроль. Хочу быстрее, торможу, но её тело само меня стимулирует двигаться в быстром темпе.

Держаться, Адам, держаться! Но, чёрт, как же это нереально, когда она такая сладкая, узкая, влажная. Каждое движение моего члена прямо по нервным окончаниям транслирует в мозг насколько глубоко и серьёзно всё то, что между нами. Это настоящее. Это охренеть как важно. Это единственное, ради чего стоит вообще жить. Моя женщина. Я в ней. Мы становимся одним. Растворяемся. Проникаем. Прорастаем друг в друга.

Её рваное дыхание, капельки на ресницах, закушенная губа, вздохи, стоны, крики… То, как она сорванным голосом как мантру повторяет моё имя.

— Адам, Адам… да… да…

Бл*дь! И как же это невероятно. На пределе чувственности. На самом краю. Хочется смотреть как я это делаю. Приподнимаюсь, опуская взгляд, вид моего мощного ствола, раскрывающего створки её тюльпанчика – самое крутое, что я когда-либо видел. Не знаю, что может быть круче.

Я люблю свою женщину. Я телом своим преклоняюсь перед ней. На коленях стою, обожествляя.

Высшее наслаждение. Такого никогда еще не было, и каждый раз это с ней по-новому. И каждый раз еще круче, чем раньше.

Разгоняюсь до предела и взрываюсь в ней грёбанным фейерверком, выстанывая её имя, словно гравируя его на своем сердце, на душе.

— Ева… любимая моя…

— Адам…

— Люблю тебя, детка, как же сильно я тебя люблю!

Боже, я не помню, чтобы мне приходилось так краснеть! Хочется просто убить Адама! Неужели он не понимает?

Мы сидим в клинике, в той самой знаменитой клинике доктора Товия, врача, который когда-то вправлял мне вывих. Слава богу, что Адам не с ним консультируется! Хотя… я уже сомневаюсь в этом. Уверена, он и у хирурга спросил можно ли нам заниматься сексом, как часто и в каких позах!

Сейчас конкретно мы в кабинете у гинеколога.

Ничто, как говорится, не предвещало.

Адам хотел узнать, когда мне будут делать УЗИ и скрининг – сам выучил слово! Ну и про половую жизнь… Я думала, он спросит деликатно.

Кажется, я совсем не знаю будущего мужа.

Нет, я догадывалась, что чувства такта у него не особенно много, хотя я считала его довольно воспитанным, но, чтобы так…

Я просто как рак, который варёный, а не из гороскопа.

А доктор спокойно ему рассказывает, расписывает… Чёрт, она бы ему еще Камасутру подарила, блин.

Мне уже хочется в туалет, начинаю тихонько елозить по стулу.

— Что, малыш? – обращает на меня внимание Агдамов. – Тебе нужно выйти? Иди, я пока тут все дослушаю… Еще пару вопросов задам.

Дослушает он! Просто стыдоба!

Ладно. Прощаюсь с доктором, выхожу, почти бегом бегу в санузел. Ух… Какое удовольствие побыть одной и не слушать как моя матка оберегает ребенка и как член входит во влагалище, не причиняя неудобства плоду.