Книга Вакцина любви, страница 98 – Дейдра Дункан

Образы не прекращаются, один страшнее другого. Потому что мы видим только половину картины беременности.

Из груди у меня вырывается прерывистый вздох.

— Где ребенок?

Ноябрь, второй год обучения

Ночи этого месяца выжали из меня все соки. Мысли у меня, словно вязкая патока, застревают в трясине подсознания, пока внезапный толчок не выдергивает их на поверхность. Каждая смена рядом с Джулианом превращается в пытку. Тревога и волнение сковывают меня, изматывая до предела.

Теперь, когда я призналась себе в своих чувствах, я совершенно не знаю, как себя вести рядом с ним.

Последний раз я чувствовала подобное…

Именно.

И это закончилось катастрофой.

Если бы я могла, то погасила бы внезапно вспыхнувший жар и влечение к Джулиану, заставила бы их потухнуть, но вместо этого пламя разгорается все сильнее. Каждый задержавшийся взгляд и каждое небольшое прикосновение согревают мою кожу, подобно солнечному свету.

Меня терзает непреодолимое желание прикоснуться к нему и постоянное мучительное осознание его присутствия.

Моя бессонница определенно связана не только с работой.

Просто скажи, и я буду рядом. Что бы тебе ни понадобилось.

Он действительно сказал это сегодня утром? И говорил искренне?

Настойчивый стук в дверь окончательно вырывает меня из полудремы.

— Грейс!

Я резко сажусь, моргая и пытаясь привыкнуть к темноте за окном. Телефон показывает 18:45.

— Грейс, ты дома?

— Джулиан? – вскрикиваю я.

— Да. – В воздухе повисает тишина, а затем раздается еще один, более сильный удар в дверь. – Можно с тобой поговорить?

Я вскакиваю с кровати и мчусь в ванную.

— Подожди! Я спала!

Он молчит, пока я в спешке пытаюсь привести себя в порядок: одновременно мочусь и чищу зубы, а после сокрушаюсь насчет своей растрепанной прически и нелепой пижамы. Но в итоге решаю, что комплект, включающий в себя черные шорты и майку с маленькими золотыми звездочками, довольно милый.

Я поворачиваю засов, и дверь распахивается внутрь, впуская ледяной порыв ветра, который обвевает мои голые ноги, вызывая мурашки. Джулиан стоит на пороге, упираясь руками в дверной косяк и опустив голову. Он все еще в своей рабочей форме из Винсента, притом даже без куртки, чтобы защититься от холода.

Когда он поднимает глаза, меня поражает боль, которая плещется в их глубине.

— Что случилось?

Он сглатывает.

— Можно войти?

Я отступаю, пропуская его в квартиру. Он проходит в гостиную, и его взгляд скользит по парящим полкам^[105] над диваном, уставленным незажженными свечами.

— Джулиан?

Я касаюсь его локтя.

— Помнишь ту пациентку из реанимации, о которой мы говорили сегодня утром?

— Да. Что случилось?

— Языковой барьер… Мы неправильно поняли ситуацию с выкидышем. – Холодный, бесчувственный тон его голоса заставляет меня содрогнуться. – Она рожала дома. Ребенок появился на свет, но тот, кто принимал роды, не извлек плаценту.

О, так вот почему снимок УЗИ выглядел так странно… Теперь все становится на свои места.

— Она родила ребенка четыре дня назад, Грейс. Совершенно здоровую девочку.

У меня отвисает челюсть.

— Плацента все это время была внутри?

Джулиан понуро опускает голову, словно признавая поражение.

— Мы извлекли ее. Запах был просто невыносимый. Перевели пациентку в реанимацию, но у нее открылось кровотечение, и нам пришлось вернуть ее в операционную. Она потеряла пять литров крови, прежде чем мы решились на удаление матки. Но к тому моменту кровь шла уже отовсюду…