Книга Чертовски неправильный номер, страница 131 – С. Р. Джейн

Я проснулась с сильной головной болью и ощущением тяжести в конечностях. Затем уставилась в потолок и постаралась понять, почему я в постели. Через секунду я попыталась сесть, но у меня закружилась голова, а в горле я почувствовала желчь, будто меня вот-вот стошнит.

Что произошло?

Воспоминания накатывали волнами, и паника вонзила острые когти в мою грудь. Я согнулась, желая, чтобы меня вырвало, но ничего не получилось, потому что я не успела позавтракать до утренних событий. Это вообще случилось сегодня? Тот укол, что я почувствовала… Линкольн накачал меня наркотиками?

Мой мозг отказывался это осознать. Даже после всего, что Линкольн натворил, после того как признался, что отслеживал мой телефон…

Ладно, подумаю об этом позже, на приемах у психотерапевта, к которому придется ходить десятилетиями. А сейчас нужно решить, как выбраться отсюда.

Я осторожно сдвинула ноги, намереваясь встать с кровати, но ощутила в лодыжке резкую острую боль. Взглянув вниз, я с ужасом обнаружила на ней кандалы, цепь от которых тянулась к столбику кровати. Я дернула за цепь, но столбик и не шелохнулся, а вот металл впился в мою кожу, отчего по телу растеклась боль.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Линкольн, едва ли не комично расширив глаза от беспокойства.

— Эй, не делай этого, – пробормотал он твердо и одновременно нежно. – Ты сделаешь себе больно.

— Ты приковал меня? Серьезно? Что это за херня?

— Я не мог тебя отпустить, – просто сказал Линкольн. Затем схватил мою прикованную лодыжку и начал массировать ее.

Я лягнула его ногой и отползла в сторону, прижавшись к изголовью кровати.

— Не смей. Меня. Трогать.

Линкольн напоминал побитого щенка. Он будто понятия не имел, почему я так себя веду.

— Что ты со мной сделал? – потребовала я ответа, по моему лицу уже текли слезы.

— Накачал тебя наркотиками, – признался Линкольн, не сводя с меня глаз. – Чтобы удержать тебя рядом. Обезопасить тебя.

Мое сердце колотилось так сильно, что, казалось, оно вот-вот вырвется из груди.

— Почему? – всхлипнула я. – Почему ты так со мной поступаешь?

— Потому что люблю тебя, – произнес он почти шепотом. – Больше всего на свете. И знаю, что это звучит безумно, Монро. Но я не могу тебя потерять. Мне нужно подержать тебя здесь, пока ты не поймешь.

Его взгляд стал решительным.

— Может, сейчас ты и злишься, малышка, но обещаю… Я заставлю тебя снова в меня влюбиться.

Меня затошнило. Я больше не могла на него даже смотреть.

— Ты чудовище, – выплюнула я и закрыла лицо руками.

Я почувствовала, как продавился матрас, открыла глаза и вздрогнула, увидев, что Линкольн ползет ко мне. Он слизнул дорожку слез, стекавшую по моему лицу, и я дернулась, не понимая, почему позволила ему это сделать.

— Может, я и чудовище, девушка мечты. Но я твоечудовище. И только это имеет значение.

Линкольн долго смотрел на меня, и отчаянная одинокая девушка внутри меня хотела упасть в его объятия, дать ему то, что он хотел.

Я была жалкой.

Наконец Линкольн покачал головой.

— Я готов ждать, сколько потребуется, – пробормотал он, погладив меня по голове. Он наклонился ближе. – Просто, черт возьми, больше не делай себе больно. Я не хочу снова колоть тебе успокоительное.

С моих уст сорвался всхлип.

— Как ты можешь такое говорить? Что с тобой не так?