Книга Чертовски неправильный номер, страница 129 – С. Р. Джейн

И что хуже всего – то, что до конца жизни не даст мне спать спокойно: как же легко он врал. Обнимал, после того как манипулировал моей жизнью и дергал за ниточки, как кукловод. Он грел меня в своих руках. Слизывал мои слезы. Он был чудовищем. Чудовище в красивой маске. И я не оправлюсь от нанесенного им урона.

Мама всегда была права. А я оказалась дурой, которая не слушала. Нельзя было услышать слова умирающей женщины и просто от них отмахнуться!

Мне потребовалось время, чтобы обдумать следующий шаг. Потому что он отнял все. И снова это слово… Все. Когда мы начали его произносить, я понимала его смысл не в полной мере.

Он собирался отнять у меня все.

Заставить полагаться на него во всем.

А потом уничтожить меня всю.

Я знала, что делать. Нужно уходить. Эта истина проникла в подкорку сознания. Линкольн, которого, мне казалось, я знала, который любил меня так сильно, как не любил никто, да и не полюбит никогда…Он был психопатом.

Сейчас он вышел на пробежку, так что передо мной маячил, возможно, единственный шанс, пробивавшийся лучом через черные тучи. Я могла собрать кое-какие вещи и уйти до его возвращения. Да, именно так я и сделаю. Другой возможности может и не выпасть.

Я быстро схватила рюкзак и начала бросать в него одежду и предметы первой необходимости, тяжело дыша, потому что организм едва справлялся с тем, что на него навалилось.

Конец моей истории любви, моего «долго и счастливо» настал так внезапно и жестоко, что я не могла этого вынести.

Я направилась по коридору к лифтам.

— Привет, милая, куда спешишь? – донесся из гостиной голос Линкольна. Я застыла, а сердце колотилось так сильно, что он наверняка его слышал. И знал, что я собиралась сделать.

Я крепко зажмурилась, затем повернулась к нему лицом и растянула губы в безмятежной улыбке, как будто, черт возьми, меня не разрушало само его существование.

— Не слышала, как ты вернулся. Как пробежка? – спросила я совершенно спокойно, и, честно говоря, за такой подвиг, наверное, мне полагалась медаль.

Он, как всегда после пробежки в жару, стоял без рубашки. Поцелованное солнцем божество. При виде его совершенной красоты мое сердце разбивалось. Как и от осознания, что я ее лишилась.

— Прекрасно. Но куда ты? – Линкольн обжигал мою кожу волшебным взглядом янтарных глаз, который я всегда принимала за любовь. Но теперь понимала, что видела безумие.

— Нужно съездить в колледж, обсудить зачеты следующего семестра.

— Я тебя подвезу, – сказал он, вытащив из резинки шорт футболку и натянув ее через голову.

Меня охватила паника. Нет. Я должна уйти сейчас же. Я не стану ждать до его завтрашней игры. Не могу остаться, спать в его объятиях… притворяться.

— Э-э, нет, все в порядке. Я не знаю, сколько там пробуду, да и потом… я хотела сходить в библиотеку, – непринужденно болтала я, стараясь изображать легкомыслие, и отчаянно надеялась, что именно сегодня он не пожелает проводить со мной каждую секунду дня. Вот бы эти дурацкие видео пришли на пять минут раньше…

Линкольн нахмурился:

— Все в порядке?

— Конечно, – улыбнулась я, хотя улыбка разъедала губы. Я подошла и запечатлела поцелуй на его щеке. – Скоро увидимся.

Я отвернулась, почти физически ощущая его желание завалить меня вопросами, и заставила себя неторопливо направиться к лифту.