Онлайн книга «Муж штатного некроманта»
|
Прикусила губу. Что-то я увлеклась. Я про это могу часами рассказывать. Самое удивительное, что Людвиг слушал внимательно, с интересом. Он взял краску и мы пошли. — Я слышал об этом, - сказал он. – Вы по всему кладбищу еще метки ставите, да? Такие колышки. Не то, чтобы колышки, но да. — Маячки-распределители, - сказала я. – У меня в рюкзаке несколько. — О! – сказал он, почти радостно. – А мы в детстве спорили, можно ли до них дотрагиваться, не шарахнет ли тебя зарядом после этого. Не явится ли сразу злой некромант, который накажет… И чуть виновато усмехнулся. Забавно. Я злой некромант, которого боятся дети. — Дотрагиваться можно, - сказала я, поняла, что сама невольно улыбаюсь. – Сами по себе они никак не опасны для человека. И злой некромант не явится. Разве что сильно потом… У меня, знаете, эти колышки собака смотрителя все пытается сгрызть. Уже столько попортила, и ей, полагаю, даже не икнулось ни разу. Сейчас я действительно ставлю на них защиту, которая отпугивает собак, но это настроено только на животных. Я рассказывала, он слушал. Как-то очень с интересом, серьезно, и это так располагало говорить еще и еще. Само собой выходило. О своей работе, об учебе, о том, как в первый раз проходила практику на кладбище, о том, как Миа, девочка с нашего курса, панически боялась покойников, а для некроманта это странно весьма… Что-то не те разговоры, которые нужны парню, который только что потерял мать. Но он слушал и… Я не знала о чем еще поговорить. Это вот вся моя жизнь. Все, что у меня есть. Но он слушал и даже немного улыбался. По крайней мере, он был не против. Потом, на кладбище уже, предложил помочь, и я велела красить оградки. Там ничего особенного не надо, просто ровнее красить, не пропускать участков. Для этого я всегда готовлю контрастные цвета, сейчас у меня желтый. Краска уже заряжена и все сделает сама. Он согласился и… Я занялась своим, ближайшими метками, держа Людвига в поле зрения, наблюдая, как он серьезно и сосредоточенно водит кистью. Тихо, спокойно… эта работа с родни медитации. Долго. В какой-то момент заметила, что Людвиг отложил кисть, сидит на травке и смотрит вдаль. Устал. Пусть отдохнет, здесь точно ничего срочного, да он и вовсе не обязан… Потом все же подошла. Он сидел чуть сгорбившись и выглядел таким… одиноким. Потерянным. Первый шок, должно быть, прошел, и вот тут в тишине немного отпустило. И накрыло уже по-новому. — Господин Лаубе, - окликнула и сама невольно сморщилась, как-то не очень уместно это. – Все хорошо? Глупый вопрос. Не хорошо. Все, что случилось с ним за последние дни – это точно не хорошо. — Да, - он немного вздрогнул, за кисть взялся. – Хорошо. Простите, я что-то задумался. — Ничего, - сказала я, села на травку рядом. – Отдохните… Не то. Дело не в отдыхе. Тут руки заняты, а голова все равно свободна. Ему мысли всякие покоя не дают. Он повернулся и смотрел на меня. Словно потерявшийся щенок. Словно ребенок, которому безумно хочется на ручки, но который не может попросить о таком. Людям нужны прикосновения, объятья, тепло, а оборотням нужны еще больше. А я… Я не знаю, что делать. Мне так безумно хочется обнять его. Но как вдруг я полезу обниматься к постороннему мужику? Он не ребенок. Пусть ему очень тяжело сейчас, но это же не вполне уместно… Как? |