Книга Муж штатного некроманта, страница 20 – Екатерина Бакулина

— Вы могли бы отдать его отцу, - сказал Говард.

— Нет. Я не знала где он. Ничего о нем не знала. Он ушел и… Думаю, он даже не подозревал, что у него родился сын.

— Два сына, - сказала я.

— Два, - вздохнула госпожа Лаубе. – Но Людашек – он не волк, не такой… словно не его сын вовсе. Совсем обычный. Я ему была не нужна, он вполне мог жить среди людей, и никто бы не узнал… Крови слишком мало. Он всегда был такой тихий, слабенький. Но Маркус… он всегда был настоящим волком!

Неподдельная гордость в ее голосе. Она всегда любила другого.

— И что же вы сделали, госпожа Лаубе? - спросил Говард.

— Я нашла женщину, которая взяла Марку, сделала вид, что это ее сын. Я платила ей, она воспитывала моего мальчика. Мы условились, что я буду приходить к ней, когда захочу, чтобы увидеть его… и она…

Рассказывала долго. Мне хотелось пожалеть ее, все же отчасти я могла понять материнские чувства, и, одновременно, пристукнуть чем-нибудь, потому что нельзя так с людьми. Но пристукнуть поздно, она уже мертва, дальше некуда.

Женщина, которая воспитывала Маркуса – привязалась к нему. Она ведь растила с младенчества, была как мать. Начала ревновать, стараться избегать общения с мамашей Лаубе. Конечно, та ей платила, и совсем избежать было нельзя. В какой-то момент женщина даже попыталась сбежать, но Лаубе пригрозила, что сообщит в полицию, расскажет, что Маркус ее сын, и это любой анализ крови докажет. Скажет, что та женщина его украла, и кому поверят, а? На самом деле, она бы никуда не обратилась, кончено, это могло бы плохо кончиться и для нее самой. Но тогда подействовало.

Сначала все шло неплохо, но потом мальчик начал расти, а кровь брать свое.

Он был не злой, нет… тут мамаша Лаубе вздыхала тяжело. Но кровь есть кровь. Он волк, хищник. Мальчик начал проявлять агрессию.

Если бы его воспитывали свои, то научили бы справляться, жить с этим, использовать… а тут учить было некому. Его заставляли подавлять свою волчью суть, скрывать.

Когда пружину закручиваешь слишком сильно, она, рано или поздно, сорвется или лопнет. Кончится плохо в любом случае.

В десять лет Маркус впервые загрыз соседского кота. Тогда это замяли, скрыли, ребенка наказали и долго вообще не выпускали во двор. Потом, через год это повторилось, только с дворовой собакой.

Они переехали загород, подальше от посторонних глаз.

Но зов крови было уже не оставить.

В конце концов, мамаша Лаубе начала покупать сначала кур, потом и овец, приводить сыну.

Но мальчик рос, и контролировать его становилось все сложнее.

В пятнадцать он впервые убежал из дома и убил человека. Какого-то случайного человека в лесу, тогда это еще легко списали на зверя. Да, это началось так давно. По большей части в полнолуние. Пролитая кровь успокаивала голод. Сначала на несколько месяцев, потом едва хватало до следующей луны. Но мамаша приводила овец, и… это голод успокаивался, хоть немного. Бедный ее мальчик!

На самом деле, мальчика действительно жаль, потому что все могло бы обернуться иначе.

Последние годы овцы не утоляли его голода. Только человеческая кровь.

Но Маркус всегда был умный, действовал очень осторожно. Он столько лет жил так, и никто даже не знал! Бродяги и нищие, которых никто не хватится. И даже их стоит убивать подальше от дома.